спине. Я тяжело дышала в её рот, стоны застревали где-то между нашими губами, превращаясь в горячий, влажный шёпот.
Наши языки сплетались, то нежно, то резко, зубы слегка прикусывали губы, заставляя вздрагивать от острой смеси боли и наслаждения. Мои пальцы впились в её кожаную куртку.
И вдруг её язык скользнул по моим губам, собирая капли нашей общей слюны, оставляя их блестящими на холодном воздухе.
— Ты хорошо целуешься, — прошептала она, аккуратно протирая уголки моих губ большим пальцем. Её глаза сверкали в темноте, как у хищницы, поймавшей добычу.
— Вы тоже...! — выдохнула я, лёгкие горели, голова кружилась, тело отказывалось слушаться.
Она рассмеялась, лёгкий, бархатный смех, который заставил меня содрогнуться.
— Хватит со мной на «вы». Я, конечно, старше, но не старая.
Подойдя вплотную, она взяла мою руку холодную от гранита, дрожащую от возбуждения. Тело вздрагивало после поцелуя, а сердце стучало так, будто пыталось вырваться из груди.
— Замёрзла? — нежно спросила она.
— У-угу... — кивнула я, не в силах выдавить ничего большего.
— Я тут недалеко живу. Может, ко мне? — её голос был тихим, но каждое слово отдавалось эхом между ног. Её рука скользнула по пиджаку, едва задевая грудь, будто случайно.
— Д... даа, можно! — простонала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Мы вернулись к машине и поехали к Жанне, на улице, Жанна уверенно и быстро везла меня домой.Её глаза то и дело скользили по мне, от разгорячённых губ к напряжённым бёдрам, словно она уже раздевала меня всё это время в своём воображении. Двор встретил нас аккуратными десятиэтажками в тёмно-шоколадных тонах стильными, дорогими, как и всё, что её окружало. Холл светился полированным гранитом, а лифт с огромным зеркалом остановился на 7 этаже, а её рука скользнула мне на пояс, мягко обхватив попку, будто помогая выйти. Просторная трёхкомнатная квартира в стиле лофт, серые стены, на полках было минимум вещей, сразу было видно что она любит порядок, когда все на своем месте, мы прошли в зал соединённый с кухней, камин в центре зала, стеклянный стол и большой мягкий диван. Кухня с белым овальным столом и техникой хай-тек казалась слишком стерильной.
— Чай, кофе или вино? — спросила Жанна, её глаза пристально следили, как я медленно стягиваю пиджак, обнажая тонкие бретельки топа и голые плечи.
— Я бы попила чаю... — ответила я, утопая взглядом в её глубоких, чуть насмешливых глазах, которые, казалось, читали мои мысли.
— Кофе уже поздно пить, а вино рано? — засмеялась она, лёгкий хрипловатый смех разлился по кухне, заставляя мою кожу ещё сильнее покрыться мурашками.
— Хах, ну типа того... Да я как-то замёрзла! — провела ладонями по рукам, будто пытаясь стереть эти предательские мурашки, но они только усиливались от её взгляда.
— Бедняжка, сейчас согрею... — её голос звучал низко, почти шёпотом, обещающе. — Где-то у меня был китайский чай, он хорошо согревает... и немного пьянит...
Она повернулась к шкафу, встала на цыпочки, упёршись одной рукой в столешницу, а другой тянулась за чайником. Платье, как вторая кожа, обтягивало её упругую попку, которая плавно двигалась из стороны в сторону в такт её движениям. Тонкая ткань подчёркивала каждый изгиб, каждую линию, и я не могла оторвать взгляд.
— Нашла... — прошептала она, оборачиваясь, и в её руках оказался не только чайник, но и упаковка какого-то ароматного чая. Её глаза снова поймали мой взгляд, и губы растянулись в медленной, соблазнительной улыбке.
— Знакомый запах... — непроизвольно вырвалось у меня, когда аромат чая окутал кухню, напоминая о том вечере, где всё началось с такого же напитка.
Клизма другу -2