Я замялась, пальцы нервно закрутили край топа, а щёки вспыхнули ещё сильнее.
— Нууу... не то чтобы любительница, но он очень похож на тот чай, который... кхм, как бы так сказать...
Она рассмеялась, поставив чайник на стол с лёгким звонким стуком.
— Да говори ты, не стесняйся! Покраснела даже, ахаха! Мне интересно уже!
Я сглотнула, чувствуя, как горячая волна разливается по всему телу, но всё же выдавила:
— Мы как-то с подругой сидели в кафе и замёрзли... попросили официанта принести чай на его вкус. И после этого чая мы... танцевали, высунувшись в люк машины... и сосались.
Последние слова я проговорила шёпотом, лицо пылало, будто я стояла у раскалённой печи.
Жанна залилась смехом, её грудь вздымалась, а глаза сверкали озорным блеском.
— Ахаха! А ты умеешь веселиться! — Она наклонилась ближе, наливая кипяток в заварник, но взгляд её был прикован ко мне. — Всё дело в чае... или подруга нравилась?
Я опустила глаза, но губы сами растянулись в улыбке.
— Скорее всего... всё вместе.
Тишина повисла на секунду, наполненная только ароматом чая и лёгким дрожанием моего дыхания.
Жанна разлила чай по кружкам, и ароматный пар поднялся между нами, окутывая кухню тёплым, пряным запахом. Первый глоток обжёг губы, но сразу же разлился по телу сладким теплом, будто жидкий шёлк, медленно стекающий внутрь.
Мы разговаривали о пустяках, смеялись, но каждое её слово, каждый взгляд добавляли жара, который уже не мог быть от чая. Час пролетел незаметно, дно кружки обнажилось, а я чувствовала, как тело наполняется тяжёлым, сладким томлением.
Мои глаза стали вялыми, с трудом перемещаясь по кухне, цепляясь то за её губы, то за открытые плечи, то за лёгкий изгиб груди, который вырисовывался под платьем. Было дико жарко так, что кожа покрылась лёгким испарением, а пальцы сами потянулись к вороту топа, будто пытаясь расстегнуть невидимые пуговицы.
— Тебе жарко? — спросила Жанна, её глаза блеснули, когда она заметила, как я провожу ладонью по шее, смахивая капельку пота.
— Угу... — кивнула я, голос звучал хрипло, будто пересох от этого чая, от этого взгляда, от того, как она слегка прикусила губу, наблюдая за моей реакцией.
— Пойдем в зал, там кондиционер лучше чувствует! — она встала из за стола и медленно подошла ко мне.
Её ладонь оказалась неожиданно холодной, когда я вложила в неё свои пальцы.
— Такие холодные... — прошептала я, чувствуя, как мурашки побежали по запястью.
— Они всегда такие! — она улыбнулась, но в её глазах читалось что-то большее — как будто она знала, что её прикосновения сводят меня с ума.
Мы прошли в зал. Жанна на секунду отошла к столу, поправляя что-то, а я остановилась у камина, притворяясь, что изучаю пламя.
— А издалека как настоящий!
— Да, он классный. Летом для красоты, а зимой... — её голос приблизился, став тише, глубже —. ..хорошо согревает.
Я не услышала шагов, но внезапно её руки обвили мою талию, холодные пальцы медленно заскользили по майке, заставив меня вздрогнуть. Они поползли вверх, скользя по животу, оставляя за собой дрожь и напряжённые мышцы.
— Ммм, хороший пресс... — её губы коснулись мочки уха, а зубы слегка прикусили нежную кожу, от чего по спине пробежал острый тремор.
— Д-дааа... — простонала я, теряя контроль над голосом.
— Ты такая нежная... Так трясешься, опять холодно? — она прижалась губами к шее, а язык провёл влажную линию от ключицы до самого уха.
— Нет, не холодно! — резко выдохнула я, закидывая голову назад, подставляя ей ещё больше кожи.
Её руки продолжали своё путешествие то вверх, едва касаясь низа
Ночь в Крыму-2: Поездка в Бахчисарай