хлопками, его бедра бились о ее. Ее груди качались вперед-назад, она подмахивала ему, встречаясь на полпути, ее туфли упирались в матрас. Он наклонился, целуя ее спину, кусая шею, оставляя засосы, его руки мяли ее груди, щипая соски сильно, тяня их вниз. Катя кричала: "Глубже, Миша, трахай меня как шлюху, шлепай меня еще!" Ритм нарастал, пот стекал по их телам, запах секса наполнил комнату — смесь пота, ее соков и его мускуса. Он шлепал ее по ягодицам поочередно, чередуя руки, оставляя отпечатки, затем схватил за волосы, оттягивая голову назад, чтобы поцеловать в губы сбоку. Она кончила снова, третий раз, ее тело содрогнулось, стенки сжались, выталкивая его почти, но он вбивался глубже.
Они перешли в миссионерскую позу снова, но с ее ногами на его плечах, ее туфли болтались у его ушей, чулки натянулись до предела. Он толкался глубоко, медленно сначала, кружа бедрами, чтобы потереться о ее клитор, затем ускорился, его член входил под новым углом, задевая точку G каждый раз. Катя ласкала себя, ее пальцы летали по клитору, она стонала: "Еще... не кончай пока, я хочу еще раз кончить!" Пот лился ручьями, их тела скользили друг по другу. Михаил чувствовал приближение оргазма — его член набух еще больше, вены пульсировали, толчки стали хаотичными, короче. "Я близко, Катя... куда?" — простонал он. "Внутрь, кончай в меня!" — ответила она, и он излился мощными струями, рыча от удовольствия, чувствуя, как сперма заполняет ее, смешиваясь с ее соками. Катя задрожала в очередном оргазме, ее тело обмякло, ноги в чулках опустились.
Они лежали, тяжело дыша, потные и удовлетворенные, минут десять, целуясь лениво, ее чулки все еще на ней, туфли сброшены наконец. Михаил откинулся на подушки, глядя в зеркало, где отражались их тела — его мускулистая фигура и ее изгибы, чулки и все.
Задыхаясь от только что пережитого удовольствия, Михаил повернул голову к зеркалу, все еще чувствуя, как его сердце стучит. В отражении он видел себя и Катю, все еще обнимающихся, ее чулки помяты, но вдруг заметил нечто странное. Зеркало оказалось прозрачным с этой стороны — это было одностороннее стекло, через которое идеально просматривалась соседняя комната с такой же кроватью, освещенной тусклым светом! Свет там был таким же тусклым, но все детали были видны четко, как в кино, с тенями, играющими на стенах.
В соседней комнате, на похожей кровати с помятыми простынями и подушками, Михаил увидел Марину и Сергея. Они были полностью обнажены, их тела блестели от пота в мягком свете лампы на прикроватной тумбочке. Марина стояла на коленях перед Сергеем, ее длинные волосы рассыпались по плечам, зеленые глаза смотрели вверх с похотью, ее красное платье было сброшено в углу, рядом с черными чулками в сетку, поясом с подвязками и туфлями на шпильке, а кружевное черное белье — лифчик и стринги — валялось на полу, помятое. Сергей стоял перед ней, его мускулистое тело напряжено, большой член — толстый, около 20 см, венозный, с красной головкой и тяжелыми яйцами — торчал прямо перед ее лицом. Марина облизнула губы, все еще накрашенные помадой, взяла его рукой у основания, сжимая нежно, ее пальцы с маникюром обхватили ствол, и наклонилась, обводя языком головку медленно, кружа вокруг уретры по спирали, слизывая предэякулят, солоноватый и густой. "Ммм, ты такой вкусный, Сергей, большой и твердый, " — прошептала она, ее голос был хриплым от желания, дыхание обжигало его кожу.
Она взяла его в рот глубже, губы сомкнулись плотно, скользя вниз постепенно, принимая половину длины сначала, ее щеки втянулись, создавая
Мыло в анусе