а зрелая женская форма, выточенная и соблазнительная. Она подняла взгляд, в котором уже не было колебаний, и чуть раздвинула колени, позволяя моей руке скользнуть выше. Тонкая ткань не скрывала, что под ней она голая. Снизу, с террасы, раздался новый стон Насти — более протяжный, с хрипотцой. Марина закрыла глаза на секунду, как будто пропуская этот звук через себя, и тихо выдохнула:
— Они уже... начали.
Я провёл пальцами выше, чувствуя горячую влажность, и она вздрогнула. Пальцы её ног сжались, пятка чуть скользнула по плитке.
— Ты... чувствуешь, что он делает с ней? — спросила она, открывая глаза.
Я кивнул. Марина взяла мою руку и медленно провела ею по себе, задавая ритм. Под тканью легко угадывались очертания её лобка и мягкие складки, уже влажные и пульсирующие. Её грудь приподнялась, когда она глубоко вдохнула, и я увидел, как соски натянули тонкую ткань платья. Марина сидела рядом, всё ещё в платье, но её дыхание уже было чуть чаще, чем в начале разговора. Снизу снова донёсся стон Насти, на этот раз протяжный, с тихим рычанием Антона в конце. Я видел, как Марина вздрогнула, но осталась сидеть, глядя на меня. Я взял её за подбородок, развернув лицом к себе.
— Ты ведь понимаешь, что после этого мы уже не вернёмся назад?
Она кивнула, но ничего не сказала.
Медленно провёл ладонью по её плечу, чувствуя тепло под тонкой тканью. Нашёл лямку платья, спустил её вниз, обнажая округлое плечо. Марина не сопротивлялась, только слегка прикрыла глаза. Вторая лямка соскользнула, и платье свободно раскрылось спереди, открывая глубокую линию груди. Я потянул ткань вниз — медленно, сантиметр за сантиметром. Грудь тяжёлая, упругая, с широкими ореолами и плотными сосками, которые уже стояли. Марина глубоко вдохнула, но руки не подняла, позволяя мне самому открыть всё остальное. Я стянул платье ниже, к талии, чувствуя, как под пальцами напрягаются её бёдра. На контрасте с Настей — лёгкой, упругой, дерзкой — Марина была теплом и спелого женского тела. Полные крепкие бёдра, бархатная кожа, сочная спелая грудь. Когда ткань упала к её ступням, я откинул её на спинку стула, проводя ладонью от колена вверх, пока пальцы не коснулись влажных губ. Она тихо выдохнула, но так и не пошевелилась.
Снизу в этот момент донёсся новый стон Насти — громче прежнего. Я почувствовал, как Марина вздрогнула бёдрами.
— Это... Мой первый раз, — прошептала она, — с другим.
Я наклонился к её уху.
— Тогда мы начнём, чтобы они тоже нас слышали.
Она только кивнула, прикусив губу, и я почувствовал, что её тело уже готово
Я поднял её с кресла, разворачивая к себе и усаживая на край стола. Тёплая кожа бёдер мягко пружинила под моими ладонями, когда я раздвинул их, открывая её полностью. Марина чуть откинулась назад, опираясь на руки, взгляд не отводила — в нём смешались волнение и решимость. Я избавился от брюк, провёл головкой вдоль её влажных губ, чувствуя, как она невольно дёргается от каждого касания. Снизу снова донёсся стон Насти — громкий, с тем самым надрывом, когда она уже не пытается себя сдерживать. Марина зажмурилась, и я увидел, как этот звук прошёл по её телу волной.
— Глубоко, — прошептала она, почти не открывая губ.
Я вошёл в неё одним мощным движением, до конца. Её тело тут же выгнулось, бёдра инстинктивно сжались вокруг меня, но я удержал их, задавая свой ритм. Каждый мой толчок в тело Марины совпадал с эхом стона Насти снизу, будто мы играли в одну игру, но на разных этажах. Марина всё ещё не брала инициативу
хороший секс