после вскармливания дитя. Мужчины будут пялиться на неё, учти. Только время выжди. А пока я для тебя буду за Надюшку в зрелости.
* * *
Ближе к десяти нижегородские посетители вошли в приёмную министра.
– День добрый, любезный Семён Аристархович, запросто обратилась Агния Львовна, минуя звание секретаря.
– Честь имею, госпожа губернаторша, – польщено отозвался секретарь, вставая из-за стола, благодушно расплываясь в улыбке, – Дмитрий Алексеевич с нетерпением вас ждёт. Извольте обождать секунду, только доложу.
Секретарь исчез в кабинете министра, прикрыв за собой плотно тяжёлую дверь.
Агния Львовна шепнула дочери:
– Наденька, зайди к Дмитрию Алексеевичу без нас. Пусть с глазу на глаз потолкует с тобой о ваших планах на совместную жизнь с Дмитрием Николаевичем. Многого не проси, от малого нос не вороти, милочка. С него и жены хватает, скромницы, – перекрестив дочь, напутствовала Агния Львовна. – И ещё, милая, попроси его показать портрет дочери. Польсти старику, ему будет приятно, хотя та на мать больше похожа. Будь потеплее с ним и дружественней. Скажи, что помним о его заботе и доброте к нам. Руку можешь поцеловать если позволит. – Дверь открылась и секретарь вышел из кабинета.
– Можете войти, господа, – пригласил он, обращаясь к Агнии Львовне.
– Ступай, Надя, будет нужда в нашем присутствии, позови нас с Дмитрием.
Надежда взволновано кивнула и, получив благословение матери, робко вошла в кабинет. В глубине просторного помещения, со множеством книг в золочённых переплётах, установленных в застеклённых шкафах вдоль стен, за рабочим столом с зелёным сукном, сидел Дмитрий Алексеевич Милютин.
– Ну, ну, Надюша. Вчера и словцом обмолвиться с тобой не довелось, произнёс министр, выходя из-за стола. Давай знакомиться заново. Прелесть как хороша, доченька. Сожалею, что твоя мама не соизволила прислать мне весточку о твоём рождении, – заключая дочь в свои объятия, нежно целуя Надю в высокий лоб, посетовал Милютин, усаживая дочь в глубокое кресло подле стола.
– Не хотела вас обременять излишними заботами, papа́. Мы и так в полной мере облагодетельствованы вашим покровительством моей семьи.
– Расскажи о себе, моя девочка. Уму не постижимо, что столько лет прожили в Питере, не зная ничего друг о друге. Теперь ты взрослая, получила превосходное образование. И как мне сказала твоя мама, намерена выйти замуж за достойного человека. Хочу верить, что тобой руководят искренние чувства к твоему избраннику. Такая красавица могла бы рассчитывать на настоящего принца. Может стоит мне самому подыскать тебе мужа? Каким бы не был твой выбор, но карьера твоего суженного крайне плачевна. Я затребовал его послужную с характеристикой и пришёл к заключению, что своих высот он достигнет весьма не скоро. Однако ускоренный рост карьеры для него наиболее вероятен при дипломатическом корпусе в Санкт-Петербурге, а лучше на работе за границей в дипломатическом посольстве скажем во Франции или в Австрии. Тем более, женатые работники там предпочтительней. Совсем тебя заговорил, Надюша. Как ты смотришь на моё предложение заняться твоему жениху дипломатической деятельностью?
– Papа́, мне трудно судить о таких вещах, лучше вам переговорить с Димой об этом. Моя мечта жить в Питере и быть спокойной за наш брак здесь. Но подчинюсь любому выбору моего супруга, только подальше от этого исторического захолустья, как Нижний Новгород. С изучением иностранных языков у меня порядок. Французским, немецким, английским вполне владею. Позволь поблагодарить тебя за участие в судьбе своей дочери, папочка.
Надежда поднялась из кресла и пересела на колени отца, сложив свои руки на его груди, горячо целуя Дмитрия Алексеевича в щеку.
– Мамочка говорила, что у меня есть сводная сестра, можно я взгляну на её фото?
Заводской пансионат. часть 3