слегка помяла левую ягодицу, развернув жещину лицом к себе, поцеловала её в губы.
* * *
Следующим утром Калерия Евлампиевна приехала на вокзал и в сопровождении Семёна вышла на перрон в толпу встречающих нижегородцев поезд из Санкт-Петербурга. Над перроном раздался переливчатый звон железнодорожного колокола, возвещающий о прибытии пассажирского состава Санкт-Петербург – Нижний Новгород. Толпа ожила и заметалась вдоль вереницы вагонов с пассажирами, забившими тесные площадки тамбуров.
– Семён, это их вагон, – воскликнула Калерия, ухватив молодого человека за обшлаг кожаной куртки. – Смотри на того мужчину в светлом кителе. Это Стыковский. Забери у него багаж. А вот и Агния Львовна с дочерью. – Из тамбура, держась за поручни, вышла губернаторша, отыскивая глазами своего супруга. Но увидев в набежавшей толпе встречающих свою подругу, была несколько удивлена её присутствием на перроне вокзала.
– Калюша, ты чего здесь, милая? Изольду провожаешь?
– Золю я на днях проводила, а теперь за тобой приехала.
– А где Кирилл Игнатьевич? Почему его нет? – С закипающим возмущением произнесла Агния.
– Давай выбираться из этой толпы, пока нас не затащили опять в вагон. Семён, забери у Дмитрия Николаевича багаж. Наденьку он сам примет.
Когда наконец всей компании удалось благополучно покинуть перрон и войти в помещение вокзала, Агния нетерпеливо потребовала от подруги объяснить отсутствие своего супруга на вокзале.
– Агнюш, у него срочные дела с приезжей комиссией из Москвы. Он даже хотел прислать своего водителя, но вы друг друга никогда не видели. Поэтому я предложила самой встретить вас и отвезти домой. Не дуйся на него, у тебя ещё будет возможность свести с ним счёты, дорогая. Идём в машину.
– Ей богу, я ему отомщу негодяю, – зло пообещала губернаторша, – будет у меня помнить.
– Мстить надо тихо, но больно, – поделилась Калерия своим опытом, – и чтобы об этом он не знал.
Хозяйка усадила семейство Толмачёвых в машину, отослав Стыковского на переднее сидение к водителю, а сама села с женщинами на заднее сидение. Автомобиль тронулся и мягко покатил по центральной улице Нижнего Новгорода. Город просыпался в утренней сутолке проснувшихся горожан, спешащих к вышедшим на линию трамваям.
– Как съездили, – спросила Калерия, многозначительно улыбнувшись своим попутчикам. – Вас с чем-то уже можно поздравить?
– Об этом позже, Лерочка. Не стану лукавить, душа моя, – понизив голос произнесла Агния, буквально на ухо подруге, – у меня к тебе маленькая просьба.
– Что за просьба, дорогая? – Удивилась Калерия, обеспокоено поглядев на подругу.
– Вы с Надей недостаточно хорошо знакомы и она меня просила свести вас поближе. У девочки здесь совершенно нет подруг, а ты ей нравишься, ну ты меня понимаешь о чём я говорю? – Агния решительно перенесла руку Калерии на колено дочери.
– Собственно, Леруша, в этом вся моя просьба. Ведь ты не будешь против, надеюсь? Своим согласием ты можешь оказать ей большую услугу. Наденька хочет узнать все стороны наших близких отношений. Для тебя, милая, это не будет стоить серьёзного затруднения?
– Откуда она знает о нас? – удивилась Калерия, бросив взгляд на сидящую рядом Надежду.
– Так мой идиот поделился с ней своими наблюдениями за нами.
– Надюша могла сама попросить об этом, как я могу отказать дочери моей лучшей подруги, – также тихо произнесла Калерия, нежно сжимая круглое колено молоденькой девушки.
– В любое время, Наденька, – шепнула она, повернув голову к своей будущей любовнице. – Впрочем, я не тороплю тебя, Только дай мне знать, девочка. – В ответ на согласие женщины, Надя признательно положила кисть руки на бедро Калерии. – Прости, моя милая, а почему
Мама и я, чего не было