Утром Зинаида усадила детей за стол, напоила тёплым молоком с душистыми баранками и наказала во всём слушаться Полину Лаврентьевну, выполнять её любые требования.
– Мамуля, а когда ты придёшь за нами, ? – Спросила маленькая Феня, разглаживая на груди овальные концы гипюрового отложного воротника.
– Дня через три, дочка, раньше не смогу. У Полины Лаврентьевны свой дом, просторный дворик, Николаша привяжет вам качели. Возьмите с собой «Путешествие Гулливера». Тётя Полина почитает вам перед сном.
Федюшка кретически посмотрел на сестру и попросил мать снять с её шеи дурацкий гипюровый воротник. – На воспитанницу тётушки Амалии похожа. Только зонтика не хватает, как у этой немчуры.
– Не зарекайся, Федюня, – усмехнулась мать, взъерошив светлые волосы на голове сына, придёт время, сам будешь слюни пускать по этой девчонке.
– С хрена ли? Я на Феньке женюсь, мы с ней давно решили, – заявил Федюшка, по-хозяйски притянув к себе сестру за тоненькую шейку, – Феньк, чего молчишь, передумала, что ли? Опять со своим кудряшом тискалась?
– Вот ещё... Нужен мне этот уёбыш кучерявый. Я тебе верная, Федюша. А конфету его мы с тобой вместе съели, забыл что ли?
– А ты ему за конфету что?... – насторожено поинтересовался брат.
– В шейку раз поцеловать дала, – беспечно призналась Фенечка.
Ещё раз дашь, обоим бо́шки откручу, – строго предупредил Федюшка, для убедительности показав сестре кулак.
– Да мне совсем не понравилось, – липкими губами всю извазюкал, – пренебрежительно заверила Феня, стрельнув глазами на брата.
– Тоже мне, давалка нашлась...
– Всё, довольно! – Прекратила «семейную перепалку» Зинаида. Николаша, веди этих «женатиков» к Полине Лаврентьевне. У неё в доме жилец квартирует. Чтобы вас там не слышно, не видно было, – пригрозила мать. Она перецеловала малышей и направила их к двери. Однако, Николка, уловив удобный момент, ущипнул на прощание мать за упругую ягодицу.
– Ишь разохотился, хитрец-молодец, теперича с этим, сынок, прямиком к Полине. Лаврентьевне. К вечеру жду домой.
* * *
Отворив старую калитку во двор Полины Лаврентьевны, ребятня поднялась на крыльцо. Николка, приподняв Фенечку к звонку, приказал звонить в колокольчик над косяком двери. Вскоре дверь скрипнула и на пороге появилась хозяйка в клетчатом переднике, внимательно разглядывая гостей.
– Guten Morgen, Madam, – дружно приветствовали Полину малыши, прячась за спиной старшего брата.
– Явились, беспризорники? – Радушно улыбаясь, хмыкнула хозяйка. Сразу видно тёткино воспитание. Какао с блинка́ми любите?
– Любим, – поспешил согласиться Федюшка, выступая из-за спины Николки, – а это чо такое?
– Они кроме молока ничего не знают, Поля, – подсказал Николка, заводя в дом малышей, – разувайтесь, огольцы, полы тёплые. Носки с дырками, но чистые. Полина Лаврентьевна, как им к тебе обращаться?
– Тётей Полей можно, – предложила Полина.
– А нас, тёть Поль, Николаша к вам на транвае привёз, – похвалился Федюшка. Фенька со страха прям в штаны напрудила.
– Да на ней всё быстро высыхает, как на печке – успокоил Полину Николка.
– Тогда завтракаем, потом со штанами разберёмся, – усаживая детей за кухонный стол, суетилась Полина Лаврентьевна.
– Поля, пусть едят, а мы пока в комнате посидим, – предложил Николка, уводя хозяйку в спальню. Вы ешьте, по дому не шастать без спроса, – добавил он малышам строгим тоном.
– Шёл бы ты на занятия, Николаша, – расстёгивая на груди ворот платья, посетовала Полина, заходя в спальню. – Только раздеваться совсем не стану. Делай всё скоренько и уходи. После занятий я тебя жду. Деток спать уложу, клиентка к тому времени уже уйдёт, тебя покормлю, а там
В глуши 4