Получив это сообщение Марина просто поплыла от возбуждения.
– Дай мне минуту, – ответила она, понимая, что сделает это.
Девушка тихонько прислушалась и убедилась, что в туалете кроме неё никого больше нет, открыла свою кабинку. Полностью голая подошла к окну и посмотрела через него вниз. Туалет находился на втором этаже, так что Марина была высоко и видела весь задний двор института. Там было футбольное поле и мальчишки играли в футбол.
Марина поставила телефон у противоположной стены на шкафчик уборщицы так, чтобы было видно камере окно и что там за ним происходит. И включила режим, авто сьемки фотографий.
Затем подошла к окну. Она подняла ногу и поставила её на подоконник. Эта поза распахнула её, выставив напоказ влажную щель и татуировку на копчике. Черные буквы «АНАЛЬНАЯ ШЛЮХА» были чётко видны в отражении стекла и камерой соответственно.
Одной рукой прикрывая живот, скрывая отсутствие татушки, другой она начала двигать. Пальцы скользили по клитору, погружались в горячую, скользкую киску. Капли смазки, густые и липкие, стекали по бедру, оставляя блестящие дорожки на коже. Мысль, что её могут увидеть – учитель, студент, кто угодно – заставила её дышать чаще и глубже. Она была голой шлюхой в публичном месте, и это сводило её с ума.
Внезапно скрипнула входная дверь. Марина замерла. Сердце ушло в пятки. Шаги. Быстрые, уверенные. Не уборщица. Она бросилась к кабине, влетела внутрь и защелкнула замок, лишь потом сообразив – телефон! Он остался там, на шкафчике, продолжая снимать!
Сердце бешено колотилось, Марина вжалась в стенку кабинки, стараясь дышать как можно тише. Она слышала, как открылась дверь в туалет, потом чьи-то шаги приблизились к раковинам. Судя по звуку льющейся воды, кто-то мыл руки. Марина молилась, чтобы посетитель поскорее ушел, не заметив ничего подозрительного.
Шаги направились в сторону кабинок. Марина замерла, готовая ко всему.
Кто-то зашел в соседнюю кабинку и Марина услышала шумный поток мочи, который лился из чужой пизды. Звук был интимным и одновременно грязным. Её пальцы снова нашли мокрую щель. Она начала теребить клитор, сдерживая стоны, погружаясь в этот посторонний, пошлый звук.
Оргазм настиг Марину внезапно. Она прикусила губу, но тихий, тягучий стон всё же сорвался. Одновременно с этим из её пизды хлынула струя сквирта, брызнувшая на стенку кабины и на пол.
В соседней кабинке наступила тишина. Марина затаила дыхание, чувствуя, как кровь прилила к лицу. Тишина казалась оглушительной, прерываемая лишь ее собственным учащенным сердцебиением. Она понимала, что её стон был слышен, и теперь ей оставалось только ждать, что произойдет дальше.
Неожиданно слив в соседней кабинке с шумом сработал, и послышались шаги, направляющиеся к выходу. Марина облегченно выдохнула, когда дверь в туалет открылась и закрылась.
Она ждала ещё пять минут, дрожа. Потом, собрав всю волю, выскользнула. Схватила телефон. На экране – серия фотографий. Её поза у окна, её тату, ее мокрая пизда. И.... последняя фотография. Сделанная автоматически, когда она прыгала в кабину. В кадре, в отражении зеркала над раковинами, была она. А рядом, стоящая у входа, была молодая учительница истории. Та самая, у которой был следующий урок.
Развратные фотки, Марина отправила Кире, которая её похвалила в очередной раз за храбрость.
Улыбаясь, Марина вышла из туалета и тут увидела её. Учительница истории стояла у стены, уткнувшись в телефон. Она не смотрела на Марину. Не улыбалась. Просто стояла, что-то быстро печатая.
Марина замерла. Сердце бешено стучало. «Она ждет? Или просто переписывается? Может, с деканом? Или... с кем-то о том, что только что слышала?» Мысли роились в голове. Она вспомнила свой стон. Вспомнила звук сливной воды. Вспомнила, как учительница вышла из соседней