Категории: Измена | Зрелые
Добавлен: 30.10.2025 в 17:49
в сладкой муке. Ее стоны – хриплые, дикие. Звук их тел – мокрый, чавкающий, звонкий. Картина была так ярка, что я чувствовал запах их пота, ее возбуждения, его спермы. И снова эта ледяная волна ревности захлестнула меня. Мои пальцы впились в ее плечи.
Я не выдержал. Резко вышел из женщины и сел на кровать.
- Встань, – прохрипел я.
Таня недоуменно приподнялась на локте. - Володя?..
- Встань! – повторил я, и в голосе моем прозвучала такая сталь, что жена испуганно подчинилась.
Я повернул ее, прижал к кровати, повторяя те движения, что видел у Стаса. Таня сначала замерла в недоумении, потом попыталась сопротивляться.
- Нет, что ты...
Но я был неумолим. Я требовал.
- Соси!
И тогда она сдалась.
Таня опустилась на колени между моих ног. Тепло ее дыхания коснулось моего члена прежде, чем губы. Она сделала первое нерешительное движение – губы скользнули по головке моего члена. Я почувствовал ее язык, робкий и скользкий. Но я помнил Стаса. Его приказы. Ее жадность. Мои пальцы впились в ее седеющие волосы жестче, чем когда-либо прежде.
- Глубже, – приказал я. – Глотай.
Таня замерла на мгновение. Я почувствовал, как ее плечи напряглись под моими ладонями. Но потом она двинулась. Ее рот открылся шире, челюсти разжались. Я ощутил влажное тепло ее горла. Не так глубоко, как у Стаса. Не так жадно. Все еще осторожно. Все еще для меня. Я толкнул бедрами вперед, заставляя член глубже войти в ее глотку. Таня закашлялась – резкий, рвущий звук. Слюна потекла по ее подбородку, капнула мне на бедро. Терпкий запах смешался с запахом ее шампуня. Я не отпускал. Держал ее голову, прижимая к себе. Ее глаза, широко открытые, слезились. В них читался испуг. Но не безразличие. Не так, как со мной прежде. Я толкал член снова и снова. Короткими, требовательными движениями. Она снова закашлялась, но на этот раз ее горло сжалось вокруг моего члена, как теплая перчатка. Я услышал тот самый хлюпающий звук. Как за сараем.
Ревность ударила в виски горячим молотом. Белая пена закипела перед глазами. Она так для него могла! С таким рвением! А для меня... лишь терпит. Я рванул ее вверх за волосы. Она вскрикнула от боли, спотыкаясь на коленях. Ее лицо было мокрым от слюны и слез. Глаза испуганные, растерянные. Я не дал ей опомниться. Резко развернул ее, прижал лицом к прохладной простыне. Задрал ее ночную рубашку одним движением. Ее спина, теплая и знакомая, напряглась под моими ладонями. Я провел рукой вниз, по ее позвоночнику, к мягким ягодицам. Помнил, как Стас шлепал их. Звонко. Требовательно. Я поднял руку и ударил. Раз. Резко. Звук ладони по плоти оглушил в тишине спальни. Таня ахнула, дернулась всем телом. На ее белой коже заалела четкая отпечатавшаяся ладонь. Я шлепнул снова. Сильнее. Она вскрикнула – коротко, высоко. Не от боли. Нет. Звук был иным. Глубоким. Почти... стонущим. Я прижался к ее спине всем телом, чувствуя ее жар сквозь тонкую ткань своей рубашки. Моя рука скользнула между ее ног. И там... Там было мокро. Горячо. Липко от возбуждения. Совсем не как прежде. Совсем не как со мной. Она была готова. Для меня. Из-за него? Я вогнал два пальца в нее резко, до упора. Таня взвыла, уткнувшись лицом в простыню. Ее внутренности сжали мои пальцы с силой, которую я не чувствовал годами. Теплые, пульсирующие волны. Она кончила? От шлепков? От доминирования? От моего прикосновения? Я не понял. Не успел.
Я не стал ждать. Не стал церемониться. Оттянул ее бедра на себя, приподняв ягодицы. Приставил
Полночь