на две, в одной ютились сестра с мужем, во второй половине по-стариковски вздыхали замученные любимой внучкой деды. Сама внучка спала на кухне, там ей выгородили вполне уютный, хоть и скромный отдельный уголок. Меня определили на диване в большой комнате.
В деревне свет выключают рано. Стоило родителям расквитаться с сериалом после программы «Время», а сестре с мужем уложить вымотанную за день дочку, как дом погрузился в полумрак, освещаемый затухающим летним днём.
Я, конечно, в такое время спать не привык и поэтому тихонько умостился на своём месте, уткнувшись в телефон. Вскоре захрапел отец. Кажется, чтобы отрубиться, ему хватило пары минут. Звучало у него это не так громко, как в его молодости, но довольно увесисто и сейчас. Как мать умудрялась высыпаться рядом с такой вувузелой?!
Чуть позже к этому постоянному звуку стал примешиваться другой, осторожный, ритмичный. Я сощурил глаза, прикрыв телефон, и стал вглядываться в темноту соседней комнаты. Занавеска висела кривовато, и, когда глаза чуть привыкли, я вполне отчётливо заметил голую задницу свояка, обрамлённую коленками сестры. Они трахались, особо не стесняясь!
Выходило это у них довольно монотонно и вполсилы, учитывая количество непосредственных слушателей передачи. Вскоре они завозились, жопа исчезла, а обзор загородила хорошо знакомая фигура сестры. Она была в одной майке на голое тело, ниже пояса — совершенно нагая. Тихо ступая по половикам, она выскользнула из своего закутка и через мгновение прижалась ко мне, скрипнув пружинами дивана.
Пока я отвечал на её жадный поцелуй, голова моя была не на месте, теряясь в догадках о таком пируэте. Но будто угадав мои сомнения, Анька тихо пояснила, попутно запустив руку мне в трусы с горячим аппетитом:
— Витя в курсе про наши отношения, он не против. Даже наоборот! Так что не стесняйся.
— Это как, типа свободных отношений? — буркнул я, отдаваясь во власть знакомых ручек.
— Нет, но ты же свой! — невинно разъяснила Анька, припадая к залупе мягким влажным ротиком. Она сосала так знакомо и упоительно. В голове стали всплывать другие картины из прошлого, другая Анька, наши первые осторожные эксперименты, окончившиеся... Кстати:
— Тише-тише, я три дня в воздержании, долго не смогу, хватит! — остановил я сестру за лоб.
— Ну и хорошо, спусти мне в ротик! — попросила она, сверкнув глазками.
Ну как тут откажешь. Мы вернулись в прежнюю позу, и в тёплых ручках Аньки мои яички, подавшись, начали выдавать на-гора все свои запасы. Таким её не удивишь, и она проворно глотала всё по мере поступления, массируя мошонку для лучшего дренажа. Я старался не шуметь, хотя в ротике Аньки от этого было очень сложно удержаться, так это было прекрасно.
— Ты себе яйца ещё больше отрастил, — похвалила сестра, прижавшись ко мне снова. Её губы теперь стали терпкими и горчили.
— Твоя хорошо тебя обслуживает, ты же у нас мужчина ненасытный, — мурлыкала она.
— Уехала на два месяца! — пожаловался я.
— Да как же это? — притворно озаботилась сестра. — Как же твой дружок? Неужели на ручной режим перешёл?
— Скажешь тоже! — обиделся я, вспомнив, как она поймала меня за этим занятием когда-то. — Она себе заместительницу нашла!
— Серьёзно? Вот повезло тебе с женой! Понимающая, заботливая! — похвалила Анька.
— Можно подумать, она там на два месяца апостольник наденет!
— Что наденет?
— Ну, платок для монашек!
— А! Слова какие знаешь! Умный, что ли? А вторая голова? Сейчас проверим! — она снова сжала отдохнувший член, и он ответил знакомым подрагиванием.
— Хочу сверху, пустишь?
— Не вопрос, — я прилёг, она, перекинув ногу, оседлала меня, проворно наскочив мокрой щёлкой на агрегат.
Лихие 90-ые. Глава 01 - Мечты