Я могла бы послать письмо, скрепленное моей печатью, но ты права, из-за того, как я исчезла, он, скорее всего, не подчинится письменному приказу. - Королева пожала плечами.
— Не хочешь ли ты вернуться сюда, когда закончишь свои дела в Готе? - с ухмылкой спросила Атея.
— Ты знаешь, что я вернусь, - ответила Лиандрис, возвращая ей грязную ухмылку.
— Я даже верю ей и задаюсь вопросом, в какой момент ее наказание пошло не по плану и стало моим! - Дженайя хмыкнула.
— В тот момент, когда Леандрис приняла свою новую реальность. Чего ты до сих пор не сделала, - язвительно заметила Яне.
— Как будто ты в мире с собой, или как? - ответила Дженайя.
— Это другое дело. Никто не мешает тебе смириться с реальностью, но ни мой хозяин, ни мое бессмертное существо не хотят, чтобы я смирилась со своим положением. Они оба наслаждаются моей бедой! - огрызнулась Яне.
— Не могу представить, почему кто-то может наслаждаться твоими страданиями. Ты всегда была такой милой со всеми, кто тебя окружал, - с удовольствием заметила Атея.
На мгновение Яне с ненавистью посмотрела на Атею, но затем заметно расслабилась.
— Иы права, я не должна жаловаться. Могло быть и хуже, и я уже целую вечность смиряюсь с этим. Представь, как весело нам будет вместе в нашем бесконечном будущем, - сказала Яне, мило улыбаясь Атее.
Теперь настала очередь Атеи сердито зыркнуть на Яне, но ее попытка была прервана подошедшей к ним Гиллин.
— Здравствуйте, дамы, похоже, вам было весело, и мне тоже после того, как вы покинули собрание. Это было впечатляющее выступление, Атея. Еще шесть глав кланов хотят поклясться тебе в верности. Остальные хотели бы никогда не видеть тебя, но они останутся здесь и будут сражаться с Мантакином. Макатри потеряли все свое прежнее влияние, но они тоже останутся и, возможно, попытаются отомстить тебе. Ты был права, скоро тебе придется убить ее, но не стоит делать это самому. Скажи нам, и Сахейн, Синхейд или я позаботимся об этом за тебя.
— Я хочу, чтобы было ясно, что это мой приказ, и нет, я не хочу, чтобы ее убил кто-то из ваших семей. Это только усугубит ситуацию и усилит ненависть между вашими кланами. Я также не стану спрашивать своего брата. Никогда нельзя сказать, сколько жертв он понесет, только то, что их будет гораздо больше, чем нужно. А как насчет тебя, Яне, не хочешь ли ты выместить свое разочарование на Марни Макатри? - спросила Атея.
— Вообще-то я хотела бы ее убить. Ее предложение принести меня в жертву Даркунтису – достаточная причина, но мне придется просить разрешения у своего хозяина, а потом он, вероятно, пойдет и сделает это сам. Это приведет к тому, на что ты уже указала, - легко ответила Яне.
— Не то чтобы я этого ждала, но приятно видеть, что вы не пускаетесь в нравоучения, когда нужно принять решение. Почему бы вам не попросить свою маленькую Менджу, я уверен, что ей понравится новое задание? Кормление кровью Дженайи уже не может быть для нее увлекательным, а я не хочу, чтобы она заскучала, - со смехом предложила Леандрис.
— Это не смешно, и если бы Денисса услышала тебя, она бы убила тебя, а не Марни Макатри, - заметила Атея, но, противореча своим словам, она тоже смеялась.
— Каждый раз, когда я смотрю в глаза этой девочки, когда она протягивает мне кровь своего отца, я чувствую себя ребенком. Не знаю, что в ней такого, но она может быть очень страшной, а ведь
Женские контрасты