принять нечто иное. Я повиновалась ему, опуская голову.
Я почувствовала прикосновение к своим губам. Горячая, упругая плоть. И я с радостью взяла ее в рот. Это было не вынужденное действие, а глубокое, искреннее желание. Его член был твёрдым, гладким. Я обхватила его губами, ощущая его мощь, его вкус.
Мой язык тут же начал свою работу. Я ласкала язычком его головку, чувствуя, как она набухает и твердеет ещё сильнее под моими прикосновениями. Затем я скользнула языком по уздечке, ощущая её чувствительность, вызывая тихий стон Константина. Я сосала его, погружаясь глубже, насколько позволяло моё горло. Мои щеки втянулись, а губы ритмично двигались, создавая влажные, причмокивающие звуки. Я слышала их, и это только усиливало возбуждение.
Я чувствовала, как Виталий наблюдает за каждым моим движением. Эта мысль — что он видит, как я, его жена, так бесстыдно отдаюсь его начальнику — была невообразимо порочной и невероятно возбуждающей. Моё тело двигалось инстинктивно, зная, чего хочет. Я ощущала мощь у себя во рту, пульсацию, и жаждала большего.
Я ласкала чужой член, вдыхая его запах, когда Константин крепче ухватил мою голову. Его пальцы впились в мои волосы, но это не было больно, скорее властно. Он не давал мне пошевелиться, когда сделал резкое движение бедрами вверх.
Я почувствовала, как его член глубже проникает мне в рот. Мои губы скользнули по всей его длине, и теперь коснулись основания ствола. Мое горло напряглось, но я инстинктивно подстраивалась, принимая его всё глубже.
Затем мой подбородок уткнулся в мошонку. Горячая, мохнатая, она прижималась к моей коже, и я чувствовала её тепло. Он не двигался, лишь зафиксировал мою голову в этом положении. Я была полностью захвачена, моё лицо оказалось между его бёдрами, а рот был занят его членом.
Я подумала о муже. Он видел всё. Он видел, как Константин держал мою голову, как его член был глубоко в моём рту, как моё лицо уткнулось в его пах. И он ничего не делал. Он просто смотрел.
Это было невероятно. Я, его жена, на собственной свадьбе, в лимузине, сосала у чужого мужчины, пока мой муж смотрел. Эта картина была настолько порочной, настолько унизительной и одновременно невероятно возбуждающей. Мой разум отключался, оставалось только чистое, первобытное желание. Я была полностью во власти Константина, и это ощущение было опьяняющим. Я чувствовала, как его головка начинает пульсировать, предвещая скорую разрядку. Он владел мной, и это было именно то, чего я хотела.
Наконец, мужчина отпустил меня. Его пальцы ослабили хватку на моей голове, и я почувствовала, как его член медленно выскользнул из моего рта. Я резко откинулась назад, пытаясь вдохнуть воздух, и начала глубоко дышать, мои лёгкие жадно наполнялись кислородом. Голова кружилась, а на подбородке я почувствовала прохладную влажность – слюна тонкой ниточкой легла на мой подбородок.
Я провела рукой по рту, пытаясь стереть следы его плоти, и подняла взгляд на Виталия, ожидая его реакции. Но то, что я увидела, заставило меня опешить ещё больше, чем всё произошедшее.
Он расстегнул штаны, достал член и ласкал его, глядя на нас. В его глазах не было ни злости, ни отвращения. Только чистое, животное возбуждение. Его лицо было покрасневшим, а дыхание – тяжёлым. Он ласкал себя, не отводя от нас взгляда.
Невероятное, запретное удовольствие затопило меня. Осознание того, что мой муж, мой Виталий, был так возбуждён происходящим, что он присоединился к этой игре таким образом, сделало всё ещё острее. Я чувствовала себя абсолютной богиней, объектом вожделения сразу двух мужчин, и один из них – мой муж, наслаждался этим зрелищем.
Прически польза и вред