— Боже, Наташ… — выдохнула она, её голос дрожал, как натянутая струна. — Чувствую тебя… так глубоко… давай, ещё, не останавливайся!
Я продвинула руку глубже, чувствуя, как её мышцы расслабляются, раскрываются, позволяя проникнуть ещё дальше. Анус, тёплый и податливый, обхватывал руку, словно не хотел отпускать, и каждый мой рывок сопровождался влажным чавканьем, которое только усиливало возбуждение. Светка подмахивала бёдрами, насаживаясь на руку, её движения были ритмичными, почти танцевальными, и я чувствовала, как её тело отвечает, как оно требует ещё. Постепенно движения стали свободнее, быстрее, а её стоны слились в сплошной поток, заполняя комнату. Её ягодицы дрожали, кожа блестела от пота, а волосы прилипали к спине, рисуя узоры на влажной коже. Я наклонилась ближе, вдохнув её аромат — смесь парфюма и терпкого, природного запаха её возбуждения. Моя свободная рука, почти бессознательно, скользнула к своей киске, пальцы нашли клитор, твёрдый и горячий, и начали теребить его, посылая волны жара по всему телу.
— Давай, милая, — прошептала Светка, повернув голову. Её глаза горели зелёным огнём, а губы, слегка припухшие, растянулись в лукавой улыбке. — Трахай меня… и себя… хочу, чтобы мы кончили вместе, прямо сейчас.
Её слова подействовали, как искра на сухую траву. Я ускорила движения руки, чувствуя, как её анус сжимается, пульсирует, обхватывая запястье всё сильнее. Мои пальцы в киске двигались в такт, скользя по влажной плоти, и оргазм подкатывал, как лавина, готовая поглотить всё. Светка закричала, тело любовницы затряслось, и я почувствовала, как её мышцы сокращаются, сжимая мою руку в мощных спазмах. Её стоны были такими громкими, что, казалось, стены дрожат. Мой оргазм накрыл следом, разрывая тело сладкими судорогами, и я задрожала, крича в унисон с ней. Мы рухнули на кровать, всё ещё соединённые — моя рука в её попке, её тело, дрожащее от наслаждения, прижато ко мне. Так и заснули, не разрывая контакта, и проспали несколько часов, пока яркий утренний свет не пробился через шторы, заливая комнату золотом.
Проснулась от лёгкого движения Светки — она пошевелилась, и моя рука, всё ещё внутри, ощутила, как её анус снова сжался, словно напоминая о ночи. Осторожно вытащила руку, чувствуя, как её мышцы нехотя отпускают, оставляя лёгкое жжение на коже. Светка повернулась, её лицо было расслабленным, но глаза всё ещё горели тем самым огнём. Она потянулась ко мне, её губы нашли мои, и поцелуй был долгим, жадным, с привкусом её дыхания и нашей общей страсти.
— Ну ты даёшь, Наташ, — прошептала она, отстранившись. — Никогда бы не подумала, что ты так можешь. Чувствовала, как ты меня там… разбирала?
— А ты? — хмыкнула в ответ, чувствуя, как щёки горят. — Твоя попка… она как будто жила своей жизнью, тянула меня глубже.
Светка рассмеялась, её смех был низким, вибрирующим, от которого мурашки побежали по спине.
— Это ты ещё не всё видела, — подмигнула она. — Хочешь, устроим ещё одну ночь? Но теперь с сюрпризом.
— Сюрприз? — переспросила, чувствуя, как любопытство смешивается с новым всплеском желания. — Что ты опять задумала?
— Есть одна идея, — ответила она, её пальцы скользнули по моему бедру, оставляя горячий след. — Помнишь Ларису? Она звонила, пока ты спала. Хочет встретиться ещё раз. Но теперь с её подругой. Говорит, та ещё горячее.
— Серьёзно? — сердце снова заколотилось. — И что, опять в клинику?
— Не, — хохотнула Светка. — У неё дома. Она хочет, чтобы мы обе пришли. И, Наташ, она просила, чтобы ты снова… ну, знаешь, с рукой. Говорит, такого кайфа ещё не испытывала.
Мужик и черт