вместе. Вот и всё! — вмешалась Анна, пытаясь унять любопытство сестры и заодно спасти своего парня.
— Ммм… Ладно, но я бы предпочла, чтобы Гатис сам рассказал мне об этом, а не ты! — проворчала Жанна.
В этот момент Ричард взял бутылку вина, чтобы налить его своему возможному зятю.
— Кстати, о прошлом, молодой человек, это напоминает мне кое-что, что случилось со мной в молодости! — гордо заявил он.
— О нет, папа, давай оставим это на потом, а сейчас мы поднимемся ко мне в комнату, чтобы разложить наши вещи!
Анна прерывает его, чувствуя, что отец вот-вот начнет лекцию с историями из своей прошлой армейской жизни… Скучное повествование, которое может длиться часами, если его никто не остановит. Гатис смотрит на Анну. У него нет никакого желания вставать перед всеми из-за стола с джинсами, оттопыренными впереди его возбужденным членом.
— О нет, дорогая… Я очень хочу послушать рассказ твоего отца!
— Что… Нет, нет, Гатис, я…
— …Анна, твой парень хочет меня услышать… Так пусть слушает! — прерывает её Ричард, начиная свой рассказ. Прекрасно понимая, что будет дальше, Сюзанна и две её дочери вздыхают и отводят взгляд, и, конечно же, Ричард моментально превращается в болтуна, с неожиданно глубокой страстью рассказывая о своих бесконечных приключениях.
Словно одержимый своими воспоминаниями, он встал, расхаживая вокруг стола, его выразительные жесты сопровождают рассказ. Сам Гатис уже давно потерял нить повествований Ричарда, но делает вид, что сосредоточен на том, что говорит хозяин дома, чтобы не разочаровать его.
— ...И вдруг по рации... Мне говорят, что наших товарищей на земле обстреливают! Ублюдки!!! — закричал я, прежде чем резко повернуть штурвал и нырнуть прямо к земле, к полю боя. Без колебаний я сбросил около десяти бомб прямо им на головы и одновременно обстреливал всё, что двигалось на земле!!! Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук!!! — закричал Ричард, плюя повсюду в радиусе метра, его лицо побагровело, он подражал самолёту, как будто действительно находился там.
Гатис наблюдал за ним, гадая, не стоит ли его остановить, прежде чем он что-нибудь сломает в гостиной, а его две дочери прятали лица от стыда.
— Ричард, хватит уже... Думаю, Гатису на сегодня достаточно твоих воспоминаний, и, может быть, он захочет пойти отдохнуть с Анной в её комнате! — вмешалась Сюзанна, находящаяся уже на грани отчаяния.
— Но... я ещё не рассказал ему о времени...
— Ричард, хватит... Спасибо!
Её муж успокаивается и снова садится за стол, выпивая большой стакан воды после всех этих разговоров, а Гатис и Анна встают, чтобы пойти в свою комнату на втором этаже.
Позже вечером, в комнате Анны, Гатис ждет свою девушку, которая отправилась в ванную комнату в конце коридора, читая комикс, который он случайно нашёл на полке. Анна возвращается, вытирая волосы полотенцем. Гатис очарован её нарядом; восхитительная чёрная шелковая ночная рубашка не опускается ниже пупка, отчетливо обнажая её чёрные кружевные стринги, идеально облегающие промежность, и, что любопытно, она снова надела свои чёрные чулки в горошек, что делает этот её образ ещё сексуальнее, чем на самом деле.
Но его шокирует не это. В их квартире, в которой они жили в Риге, Гатис уже привык видеть её расхаживающей в таком наряде. Но его беспокоит то, что сейчас Анна прошла весь коридор второго этажа, рискуя тем, что брат или отец, чьи спальни были рядом с их, наткнутся на неё в таком виде.
— Но… ты ходишь по коридорам вот так???
— Да… И что? Что в этом плохого? — наивно спрашивает она, продолжая сушить волосы.
путь к мозгу