жадным, хищным интересом, от которого её колени задрожали, а пальцы сжали лямку рюкзака сильнее, почти до боли.
— Привет, сладкая, — сказал Аслан, подходя ближе, его шаги были уверенными, почти угрожающими, с лёгким стуком по асфальту. — Думал, ты нас забыла, а, красотка?
Лера сглотнула, отступая на шаг, её горло пересохло, а сердце билось так, что, казалось, оно вот-вот вырвется. Её разум кричал: «Беги, зови на помощь, это опасно», но тело, всё ещё помнящее их грубые прикосновения, заставило её застыть на месте, как вкопанную.
— Я... мне домой надо, — пробормотала она, сжимая рюкзак так, что пальцы побелели, а голос звучал тихо, с лёгкой дрожью.
— Домой успеешь, — ухмыльнулся Рустам, открывая заднюю дверь машины, его голос был насмешливым, с лёгкой хрипотцой. — Прыгай к нам, детка. Свежий воздух, озеро, отдохнём после твоих уроков, сучка.
— Нет, я... — начала она, но Магомед, как всегда молчаливый, шагнул вперёд и взял её за руку. Его хватка была твёрдой, но не жестокой, и Лера ощутила, как её пульс ускорился, а в животе что-то сжалось от знакомого, пугающего тепла, которое она ненавидела, но не могла игнорировать.
«Надо сказать «нет», уйти, это неправильно», — думала она, но ноги уже не слушались, неся её к машине, как будто сама судьба тянула её вперёд. Часть её, чистая и трезвая, билась внутри, умоляя остановиться, но другая, та, что ночами вспоминала их жар, их силу, тянула её, как магнит. Она села на заднее сиденье, зажатая между Асланом и Магомедом, а Рустам занял место за рулём, бросив через плечо:
— Сиди тихо, детка, сейчас будет весело, шлюха.
Машина тронулась, и Лера уставилась в окно, пытаясь унять сердцебиение, но Аслан положил руку на её колено, медленно поднимая подол школьной юбки. Её щёки вспыхнули, кожа покраснела, но она не оттолкнула его — не смогла, её тело застыло, парализованное смесью страха и воспоминаний.
— Успокойся, малышка, — шепнул он, наклоняясь к её уху, его дыхание было горячим и тяжёлым, с лёгким ароматом табака. — Мы знаем, как тебе тогда понравилось. Не строй из себя святую, сучка.
— Я не... я не такая, — выдавила она, но голос дрожал, срывался, и даже она сама не поверила в свои слова. Магомед молча смотрел, его ладонь легла на её другое колено, и Лера ощутила, как её ноги невольно раздвигаются под их давлением, тело предало её, откликаясь на тепло их рук.
«Что со мной творится? — думала она, пока машина мчалась за город, леса мелькали за окном. — Я же нормальная девчонка... не должна этого хотеть!» Но запах их одеколона, резкий и мускусный, уже кружил голову, и она знала — пути назад нет, как будто судьба уже решила за неё.
Они остановились в лесу, у спокойного озера, где тишина была почти пугающей, нарушаемой лишь щебетом птиц вдали. Рустам заглушил двигатель и обернулся к ней с ухмылкой, бросив:
Лера выбралась из машины, её ноги дрожали на мягкой, сырой траве, покрытой утренней росой, которая тут же пропитала её туфли. Они окружили её, как тени, их фигуры вырисовывались на фоне деревьев, и она поняла, что сейчас начнётся. Её разум шептал: «Убегай!», но тело, горячее и напряжённое, тянуло её к ним, к их грубой силе и знакомому жару, который она не могла отрицать, хотя и ненавидела это чувство.
Аслан подошёл первым, сбрасывая её рюкзак на землю с глухим стуком. Он схватил её за талию, притягивая к себе, и впился в её губы жёстким, почти звериным поцелуем, его язык
Белые трусики