Он ускорился — шлепки по попе в такт, кожа горела. Член растягивал меня, тёрся о стенки, сперма из киски хлюпала под ним. Ахмед подошёл ближе, камера на крупный план — как член входит и выходит, как анус краснеет, растягивается. Ахмед схватил меня за ошейник сзади, потянул голову вверх — как уздечку.
— Кончай от анала, сука. Покажи, какая ты анальная шлюха.
Я кончила — судорожно, тело сжалось вокруг него, волны прокатились от попы до клитора. Он зарычал, вошёл до конца и начал кончать — глубоко в задницу, толчками, горячими, густыми.
Он шлёпнул по попе ещё раз.
Асхат вышел из меня медленно, член всё ещё пульсировал, сперма хлынула густой струёй — горячая, белая, смешанная с моей влагой и остатками от Магомеда. Она стекала по внутренней стороне бёдер, по ягодицам, капала на чёрную плёнку кушетки, собираясь в липкую лужицу прямо подо мной. Я тяжело дышала, лицо прижато к плёнке, слёзы и сперма всё ещё висели на щеках и подбородке.
Ахмед наклонился, схватил меня за волосы, рывком поднял голову.
— Не расслабляйся, шлюха. Видишь, сколько ты натекла? Всё это — твоя грязь. Вылижи. До последней капли. С кушетки и пола.
Я замерла. Лужица была прямо подо мной — густая, блестящая, пахла сексом, спермой, мной. Ахмед дёрнул ошейник сильнее, заставляя опуститься ниже.
— Язык наружу. Лижи, как собака. И благодари каждый раз, когда глотаешь.
Я опустилась на локти, лицо почти касалось плёнки. Язык с новой штангой высунулся — ещё болел от прокола, но я послушно начала лизать. Сначала осторожно — кончиком, собирая густую смесь. Вкус солёный, горьковатый, смешанный с моей собственной влагой. Я чувствовала, как сперма Асхата и Магомеда стекает по языку в горло. Глотала — медленно, с усилием.
Ахмед опустил кушетку и меня вместе с ней. Затем поставил свою ногу мне на затылок. Не сильно, но уверенно. Прижал лицо к плёнке, заставляя лизать глубже, шире, собирать всё, что натекло.
— Громче благодари, сука. Каждый глоток — спасибо.
Я лизала — длинными движениями языка по плёнке, собирая лужицу. Голос дрожал, хриплый от недавнего глубокого минета:
— Спасибо… Хозяин… спасибо, что позволяете мне есть вашу сперму…
Он надавил ботинком сильнее — подошва вдавилась в волосы, голова прижалась к кушетке.
— Громче. И правильно. «Спасибо, кавказский Господин, за то, что кончили в вашу русскую шлюху».
Я глотала — слюна смешивалась со спермой, стекала по подбородку. Язык скользил по плёнке, собирая каждую каплю, каждый комочек.
— Спасибо… кавказский Господин… за то, что кончили в вашу русскую шлюху… спасибо…
Ахмед засмеялся — низко, довольным рыком. Нога на моей голове двигалась медленно, втирая лицо в грязь, заставляя лизать быстрее.
— Ещё раз. И смотри в камеру. Пусть муж видит, как его жена убирает за нами.
Я повернула голову — насколько позволял ботинок — и посмотрела в объектив Асхата. Глаза красные от слёз, лицо в сперме, губы распухшие.
— Спасибо… Господин Ахмед… спасибо, кавказский Хозяин… спасибо, что кончили в меня… спасибо, что позволяете вылизывать вашу сперму с кушетки…
Он убрал ногу, но схватил за ошейник, поднял голову выше.
— Всё чисто? — спросил он, осматривая плёнку.
Я кивнула — язык всё ещё высунут, губы блестели.
— Да… Хозяин… всё вылизала…
— Теперь точно всё. Иди домой с двумя порциями в жопе и пизде. Муж вылижет.
Потом посмотрел в камеру.
— Муж, помни: каждый раз, когда будешь её раздевать — ты будешь видеть меня. И обрабатывай ранки, я не хочу, чтобы с моей собственностью произошли неприятности.
бисексуальная история 3