Как она меня целовала, когда я как мог, перевел эти чудесные слова на английский...
часть 23
Крошечная капля воды, родившаяся где-то очень высоко в небе, начала свой путь к земле. Она могла бы напитать собой грунт и дать силы слабому ростку или же присоединиться к миллионам других капель в бурлящей реке, но не в этот день. То ли по законам физики, то ли в соответствии с высшей волей этой капле было суждено смешаться с микроскопическими частичками пыли и стать маленьким чудом – таким невообразимо сложным и удивительно прекрасным кристаллом льда.
Вместе со своими подружками легчайшая снежинка устремилась вниз, к земле, в завораживающе-прекрасном танце-падении. Да только жаль, что этот танец имел отнюдь не самый поэтичный финал. Она упала мне на ладонь и растаяла. Точно опять мне знак от нашей сверхсекретной лаборатории!
— Обалдеть, выпали неожиданно снежинки, - подумал я.
Мы вышли из Дома политпросвещения, куда нас определи переночевать. У Клэр было такое счастливое лицо, что все мои охранники открыли рты, ну а Стёпа показал большой палец. Клэр даже вроде стала немного красивее - в её глазах светился какой-то внутренний свет, освещая все вокруг. Только Ксюша перекосилась немного, но я подмигнул ей - политика! Шарлотта, тоже очень довольная, вдруг тихо выдала мне, что она завидует Клэр. А я, вспомнив, позвал к себе Иванова.
Три золотых браслета с бриллиантами у него в планшете, я ему тихо прошептал и мы отошли чуть в сторону - я вручил Клэр и Шарлотте по браслету. Шарлотта ахнула, а Клэр вдруг залилась слезами и расцеловала меня. Все мои охранники были в шоке.
— Мистер генерал, мистер Дима, я и так всегда буду помнить Вас, Вы необычный, просто потрясающий человек и генерал. И я ни о чём не жалею, мой генерал, - она вытерла слёзы и вновь поцеловала меня.
— Герр генерал, я потрясена, - уже на немецком выдала Шарлотта. О Вас такое говорили, а Вы совсем другой, вежливый, культурный, образованный... Я, как и Клэр, всегда буду помнить эту нашу необычную встречу...
Но обязательно какая-то сволочь постарается испортить такое чудесное настроение с утра. Моя пятая точка чётко мне просигнализировала, я тихо, но чётко выдал казакам, что делать. Молодцы парни, помахали руками и вроде они отходят в сторону... Парни моей охраны все повернулись и вроде смотрят на море и корабли. Но!
Внутри меня словно взревел ревун тревоги и замигала красная лампа, как за хоккейными воротами. Точно готовится "гол" в мои ворота - шестое покушение за бедного генерала, скромного командующего Крымским фронтом. Ну не надоело вам, подлые диверсанты! Сейчас сдохнете все! Я потихоньку зверел - испоганить мне такой день! Подходят, у всех пятерых фуражки с малиновым верхом.
Стёпа красиво прикрыл меня, поэтому "патрулю НКВД" пришлось обогнуть его. И тут я из-за Стёпы изо всей силы бью носком сапога старшего в колено, хруст костей, дикий вопль, свист нагаек, которые прихватили патрулей за шею, сильные рывки - из через секунду они были обезврежены. Старший патруля орал во всё горло, подбежали морячки из охраны штаба и настоящий патруль НКВД - моё шестое чувство не обманывало! Один из этих "патрулей" тихо рявкнул: "Шайзе!" Тут сбоку выскочили ещё двое "патрульных", да Стёпа по моей команде ловко срезал их короткой очередью. Все немного обалдели!
— В чём дело? Кто вы такие? Документы, быстро! И руки подняли! - заорали на нас настоящие патрульные!
— Пасть закрой! Перед тобой командующий Крымским фронтом! - заорал Степан, направив на них ствол "MG". Мы - охрана
Новоселы