раз он был ведомым. Ощутив, как его член заполнил меня, я устроилась поудобнее и принялась скакать. Быстро. Яростно. Смачно. Он приподнялся на локтях и целовал мои груди, а я, громко крича, прыгала вверх-вниз, вверх-вниз. Когда я кончила, мы, перекатившись на диване, поменялись местами. Он перевернул меня спиной кверху, поставил на четвереньки и вошел сзади. Думаю, настолько громко наши тела шлепались и я кричала, что весь дом был в курсе, чем мы там занимаемся. Я успела еще раз кончить, прежде чем он выбился из сил и выбросил наполненный теплой спермой презерватив.
— На этом вы и закончили? — изнемогая от желания, спросил Николаич.
— В квартире, да. Одевшись, мы вышли на улицу — дождь как раз закончился, и пошли гулять. Гуляли мы целый день. Вечером сидели в парке и целовались в беседке. Убедившись, что поблизости никого, мы снова занялись сексом. Он сел на лавку. Я села сверху спиной к нему. Ромашка сунул руки мне под лифчик, а я расстегнула ему ширинку, натянула новую резинку и села писей на его ствол. Приятные спазмы вновь сковали мое тело. Побежали мурашки. Запорхали бабочки в животе. Я садилась и вставала, садилась и вставала на его твердый член. Его головка массировала меня изнутри — так приятно. Но Ромашке хотелось быстрее, и он стал подмахивать мне. В итоге, мы встали, подошли к опоре, и он оттрахал меня изо всех сил. Он простонал одновременно со мной. Наши голоса звучали в унисон, когда мы переживали наш общий оргазм. Мы еще несколько минут не могли отдышаться после страстного секса. И лишь потом заметили какую-то пожилую пару, гуляющую в парке, которая смотрела на нас с укоризной.
— Как на ваше воссоединение отреагировала мать Романа? — понимая, что пора переходить к делу, спросил Николаич.
— Василиса Михайловна? Не знаю. Мы с ней не виделись. На выходных Ромашка был занят. Мы договорились встретиться сегодня после обеда.
— Вы не встретитесь сегодня после обеда, Любовь. Боюсь, вы не должны больше видеться. Вы должны забыть про Романа, удалить его номер из телефона и не приближаться к его дому. Более того, — во время внушения его собственный голос показался гипнотизеру чужеродным, — в эту пятницу Вы оденетесь максимально вульгарно, накраситесь, как шлюха, и отправитесь в ночной клуб. В клубе найдете пару-тройку ребят крепкого телосложения и предложите им групповуху. С минетом, аналом, двойным проникновением. Если они успеют раздобыть плети и наручники, Вы не будете возражать и против БДСМ. Затем они снимут номер в отеле и выебут Вас во все щели, стирая из Вашей памяти и имя, и образ, и адрес Ромашки. Но! До пятницы Вы по-прежнему будете воздерживаться от интимных отношений. На этот раз без исключений! Вы меня поняли?
— Поняла, — ответила покорным голосом Любовь. Николаичу показалось, что из ее правого глаза потекла одинокая слеза. У него и самого глаза были на мокром месте. Он уже успел привязаться к девчонке. Однако, против установки страхолюдины не попрешь!
— А теперь Вы оставите Романа в той беседке одного. Вы снова в моем кабинете. И когда я досчитаю до одного, Вы откроете глаза и очнетесь в хорошем настроении. Десять, девять...
Когда она покинула его офис, Николаич попросил администратора перезвонить сегодняшним клиентам, извиниться и перенести их на другое свободное время. Ему нужно было решить два неотложных дела.
3
Ленина, 66Б
Василиса Михайловна поднималась по лестнице в крайне раздраженном состоянии. Во-первых, на улице зарядил ливень, и она промокла, пока шла от остановки. Во-вторых, до горе-психолога она не дозвонилась, а о том, что
Мыло в анусе