чьими-то чужими касаниями. Стоило мне закрыть глаза, как я снова видела то фото Алины в черном кружеве и чувствовала невидимое присутствие Марка за своей спиной.
Я позволила своим рукам блуждать по телу, дрожащими пальцами обводя изгиб шеи, пока горячая вода обрушивалась на меня, словно настойчивое дыхание любовника. Пар окутывал меня — густой, удушающий, — усиливая каждое ощущение, когда я прижимала ладони к коже, пытаясь найти облегчение от огня, разгорающегося внутри. Соски затвердели под моими прикосновениями, и я не смогла удержаться — сжала грудь, ощущая её тяжесть в своих руках. С губ сорвался тихий стон, отразившийся от стен душевой, и я представила, как сильные пальцы Марка заменяют мои — его хватка жёсткая и властная, притягивающая меня ближе, пока я полностью не оказываюсь в его власти.
Фантазия захватила меня сильнее, как неумолимый поток воды, утягивая за собой. В моём воображении он был рядом — возвышался надо мной с хищной улыбкой, его голос звучал грубым шёпотом, приказывая мне встать на колени. Я провела рукой вниз по телу, минуя изгиб бёдер, пока пальцы не нашли влажный жар между бёдер. Киска пульсировала от желания, набухшая и жаждущая, пока я нетерпеливыми движениями обводила клитор, представляя его член — толстый, требовательный — прижимающийся к моим губам. В воображении я охотно раздвинула их, принимая его в рот, ощущая солоноватый, почти реальный вкус на языке, хотя его там не было. Мысль о том, как он входит глубже, как его руки сжимают мои волосы, контролируя каждое движение, посылала по телу волны наслаждения. Моё тело выгнулось у стены душа, вода теперь ощущалась как его непреклонная хватка, и я рассыпалась в всплеске экстаза — оргазм пронёсся сквозь меня, как буря, оставив меня задыхающейся и дрожащей под струями, пока отголоски его призрачного доминирования ещё висели в влажном воздухе.
Когда всё закончилось, я стояла под водой, чувствуя опустошение. Дрожь в коленях прошла, но на смену ей пришла кристальная, пугающая ясность. Я не просто боялась за Алину. Я была одержима ею и тем, что с ней сейчас происходит.
Выйдя из душа, я механически вытерлась и плотно закуталась в полотенце. Вернувшись в комнату, я быстро оделась — простые джинсы и худи, словно эта закрытая одежда могла защитить меня от самой себя. Вместе с лишним напряжением ушел и тот морок, который туманил сознание последние полчаса.
«Все-таки мне нужно было выпустить пар», — подумала я, глядя на себя в зеркало. Мои глаза уже не казались такими дикими, а рыжие волосы больше не напоминали всполохи пожара.
Теперь, когда я могла рассуждать здраво, всё увиденное в ноутбуке начало выстраиваться в совсем иную картину. В конце концов, Алина взрослая девушка, которая всегда отличалась здравомыслием и осторожностью. Да, узнать её с такой потаенной стороны было настоящим шоком, но разве это преступление? Если ей нравится такая игра, если эти грязные переписки заставляют её чувствовать себя живой и желанной — кто я такая, чтобы её судить?
Вспоминая Марка в прихожей, я заставила себя быть честной. Он принес цветы. Он был вежлив. А тот «хищный взгляд» и скрытая угроза... Скорее всего, это был просто плод моего перевозбужденного, неудовлетворенного подсознания. Мой мозг, изголодавшийся по сильным эмоциям и запертый в четырех стенах нашего общего траура, просто дорисовал монстра там, где стоял обычный влюбленный парень.
Я бросила взгляд за закртую крышку ноутбука, на этот раз не чувствуя никаких постыдных эмоций. На смену им пришло облегчение, смешанное с липким, неприятным чувством вины. Я залезла в её личную жизнь, прочитала то, что не предназначалось для чужих глаз, и
Конь и армейский друг. Часть 3