может он и останется навечно в нём? В этом колдовском зеркале, в пыточной Исповедальне, в ведьминской общаге, на проклятом болоте Маркистан, которого нет на картах, и не видно из космоса?
Только сейчас изменилось всё. Сейчас ни Элла, ни Святоша его не видят. Он здесь как бы инкогнито. Но сам всё видит и слышит. Горят свечи. Стены и дверь прикрыты защитными заклинаниями, он видит их как разноцветные рыбацкие сети, опутывающие все стены и углы помещения. Словно гигантский паук-тарантул сплёл их для поимки таких вот непрошенных гостей, как он. Но его сюда заманили не для того, чтобы поймать. А для чего-то другого. Для чего? Чтобы смотрел и слушал?
Илона восторженным шёпотом заканчивает рассказывать своей закадычной подруге про его, Москвича косяк. Когда он, потеряв контроль над собой, разговорился с воображаемой волшебницей.
— Я тебе говорю – это точно она! – возбуждённо потирая виски, говорила Илона.
— Ты слышала имя? – скептически уточняла Элла.
— Нет, конечно! Но это глупо! Кто постоянно называет имя собеседника во время разговора? Вот мы сейчас друг дружку по имени зовём?
Элла отрицательно помотала головой.
— Вот-вот! А он разговаривал с ней почтительно, всё время обращался на «вы» и чуть ли не кланялся ей!
— Выходит, Пульхерия была права, когда подозревала Москвича в связях с этой экзаменаторшей?
— Точно! – указывая пальцем куда-то в сторону двери, ответила Святоша. – Эта хитрющая проныра сразу обо всём догадалась! Это какие надо мозги иметь, чтобы распознать великую ведьму в самом зачуханном недотёпе во всём пансионе?! А она сразу догадалась! И потому пытала его раза три или четыре, и даже своего этого мальчика-раба из новеньких ради этого грохнула, пытаясь вытащить из Москвича признание.
— Только он ни в чём не признался, - с досадой произнесла Элла.
— Ещё бы он признался! Когда такая светская львица в нём сидит! Да он её имя и во сне-то произносить боится! Его порвёт как хомячка, едва он попытается её выдать! И он это знает! Потому и молчит, зараза...
Москвичу стало смешно, и он всерьёз подумал, что было бы здорово вот прям сейчас заржать тут на всю комнату, оставаясь при этом зеркалом. Вот бы они струхнули, это ведьмочки-заговорщицы. Хотя... Чёрт их знает, со страху могли и разбить зеркало-то своими проклятиями.
Но сдержался. Потому как дальше стало ещё интереснее.
— И ты думаешь давно она здесь, наблюдает за нами глазами Москвича? – спросила Элла.
— Ну, как минимум, с момента вручения письма с заданием на экзамен, - солидно, со знанием дела ответила Илона. – А иначе как они ещё могут нас контролировать? За каждой выпускницей ведь не приставишь парочку соглядатаев. Мы-то сначала думали, что это Пулечка к нам заслана из этой чёртовой Моравии шпионить. А потом, когда она сама высказала желание выпускаться в этом году... Ну ты сама помнишь, что было...
— Да уж, - вздохнула не то с восхищением, не то с завистью Элла. – Эта куколка Барби навела здесь шороху! Казнит и милует по своему выбору! И с демонёнком не побоялась схлестнуться один на один, как он ей крылья-то не оторвал!
— Скальп чуть с неё не снял! – хохотнула, вспомнив события той ночи, Святоша. – Я ей сама ухо зашивала. Там, за ухом, у неё огромный шрам остался! Ща бы ходила лысая, шо моя жопа!
Подруги весело рассмеялись.
— Ну, теперь-то она должна успокоиться, - отсмеявшись, сказала Илона. – Теперь она госпожа-преподавательница! Фу-ты, ну-ты, хуи гнуты! Теперь перед ней книксеном не отделаешься, в реверанс растопыриваться надобно!
И девчонки снова прыснули, никого не стесняясь, и будучи уверены,
Татьяна. 1-ая часть. Знакомство.