Голос Кирсти пронзил все то безумие, которое овладело мной. Ее слова каким-то образом проникли в мою голову, в то время как крики вокруг меня не могли этого сделать, и я понял значение того, что она кричала. Я запланировал использовать масло, чтобы справиться с возможностью прорыва некоторых викингов через колья. Но теперь моя глупость, с которой я бросился в воду, чтобы встретить их, моя реакция на жар сражения, мешала островитянам зажечь масло.
— Назад на пляж, назад на пляж! За мной, люди Ионы! - крикнул я, отрываясь от человека, стоявшего передо мной, и видя, как монах пронзил его сзади. Я повернулся, чтобы бежать по пляжу, где я видел стоящую Кирсти, а монахи следовали за мной, поскольку они быстро расправились с горсткой викингов, прорвавшихся через нашу оборону. Как только мы выбрались из воды, люди с обеих сторон побежали бросать горящие факелы в воду, поджигая масло.
Это было невероятно. Масло быстро загорелось, и я наблюдал, как пламя, раздуваемое бризом, дующим с суши, разносилось от пляжа до поврежденных лодок и дальше. Никто не мог выжить в этом аду, подумал я, когда крики среди кольев стихли, а интенсивность пламени, возможно, лишила тех, кто находился в его центре, кислорода.
Меня вырвали из моих мрачных размышлений восторженные крики вокруг, и я поднял глаза и увидел, что четвертая лодка отступает из бухты. Я повернулся к островитянам.
— Вы сегодня сражались отважно, но, друзья мои, это еще может быть не конец. Послушайте, нас все еще меньше, чем викингов на последней лодке. Если они решат высадиться дальше по побережью, то могут быть у нас через час! Пусть кто-нибудь проследит за их продвижением вдоль берега и предупредит нас, если можно.
Не один, а сразу два островитянина бросились выполнять эту просьбу, и ликование стихло, лица мужчин снова стали серьезными и решительными.
— Ты дурак, что ты наделал? - услышал я за спиной, и вдруг Кирсти набросилась на меня, пытаясь избить своими маленькими кулачками. - Тебя могли убить! О, Скотт!
Я обнял ее, и вся ее злость улетучилась.
— А что насчет тебя, моя любовь? Ты должна была прятаться, но я благодарю Бога за твое своевременное напоминание.
Обняв ее, я пошел обратно к аббатству, куда угодно, только бы подальше от зрелища и запаха, исходящего от вод залива. Монахи последовали за нами, и мы все рухнули на траву, осознавая происходящее и чувствуя, как нас охватывает усталость. Примерно через час вернулись наши два дозорных. Они подошли ко мне и оба низко поклонились.
— Милорд, налетчики действительно ушли. Мы видели, как они уплыли в море в направлении Колонсея.
На это снова раздались аплодисменты, и церковники достали фляжки с виски, которые раздали всем в знак празднования. Я посмотрел на Кирсти, а затем снова на двух мужчин.
— Спасибо, но, пожалуйста, не называйте меня лордом.
— Праздник! Мы устроим праздник, чтобы поблагодарить Бога, святого Колумбу и Скотта мак Фергуса, убийцу викингов, за наше спасение! - Воскликнул старший священник.
— Убийца викингов! Убийца викингов! - Островитяне подхватили этот крик.
Я сидел, смущенный. В конце концов, я убил только одного викинга, что едва ли можно назвать легендарным подвигом, но островитяне явно не собирались отказываться от своего героя, и они подняли меня, подбрасывая в воздух и нося на плечах, скандируя - Убийца викингов. - Я оглянулся и увидел, что Кирсти широко улыбается, глядя на мое положение.
Был устроен настоящий пир: мясо жарилось на вертелах, хлеба и сыра было в изобилии, а виски и эль лились рекой. Я был подавлен
Колобков