душевой стало тесновато. Плечо к плечу, мокрые тела скользили друг о друга. Я стоял под струёй, а мимо меня, обходя, прошла Маоко - её кожа была покрыта мурашками от прохлады. Наша спина на секунду соприкоснулась, и она вздрогнула. Юки, смеясь, намылила Кенджи голову шампунем, а тот, смущённо хихикая, пытался увернуться. Аяка просто стояла под вторым рожком, с закрытыми глазами, как будто медитировала, её идеальное тело под струями воды казалось скульптурой. Было пять человек в одном маленьком пространстве, и это чувство общей наготы, без секса, было по-своему более интимным и странным, чем всё предыдущее.
Быстро вытершись полотенцами - Аяка выдала нам два, на всех, мы вернулись в гостиную.
— Теперь шоу по взрослому для новенькой - объявила Аяка, указывая на центр: - Кенджи, Маоко, в центр. Покажите всю программу. А мы понаблюдаем, посмотрим, какой учитель наш Ито. Маоко, снова на колени и сама уже знаешь, что надо делать... Уже не маленькая! Повторение.
Маоко, уже без той первоначальной скованности, опустилась. Но теперь её движения были другими - не просто учебными. Она смотрела на член Кенджи, обхватывала его рукой, а потом, прежде чем взять в рот, провела языком по всей длине снизу вверх, от яиц до головки. Кенджи ахнул, его ноги подкосились. Она делала это медленно, внимательно, как будто пробуя на вкус впервые. Потом взяла в рот, и на этот раз её щёки втягивались глубже, а горло работало увереннее. Она даже одной рукой начала массировать его яички, а другой упёрлась в его живот. Видно было, что она не просто выполняет приказ, а экспериментирует, применяет выученное. Кенджи застонал, его пальцы впились в её волосы, но не давили, а просто держались.
— Хватит, а то мальчик кончит, - сказала Аяка ровно через две минуты: - Продолжим, Маоко, на спину. Кенджи, не торопись, дай нам понаблюдать.
Маоко легла, раздвинув ноги. Кенджи опустился между ними. Его, вздрагивающий от напряжения член, вошёл медленно, на лице Маоко мелькнула знакомая гримаса концентрации, смешанная с новым, более глубоким пониманием происходящего. Она обняла его за шею, и когда он начал двигаться, её ноги сами обвились вокруг его бёдер. Теперь она не просто лежала - она двигалась навстречу, её бёдра приподнимались, чтобы принять его глубже. Она тихо стонала, но эти стоны были другими - не от удивления или боли, а от нарастающего, осознанного ощущения.
Я, Аяка и Юки образовали полукруг вокруг них. Аяка сидела в кресле, одна нога закинута на другую, и поправляла свои ещё влажные волосы. Юки пристроилась на полу рядом со мной, её плечо касалось моего, и она то и дело шептала мне на ухо комментарии: - Смотри, как ей нравится, как она торчит...О, видишь, как она сжимается? Чувствуешь? - И я чувствовал, не физически, а как будто эхом в собственном теле.
— Смена позиции, - скомандовала Аяка: - Сзади.
Кенджи помог Маоко перевернуться. Вид её спины, тонкой талии и маленьких, бледных ягодиц, когда он снова вошёл в неё сзади, был очень откровенный. Он шлёпнул её по попке - нежно, скорее ласково, и она ахнула, но выгнула спину ещё сильнее. Он двигался уже увереннее, держа её за бёдра, а она упиралась ладонями в ковёр и мотала головой, её распущенные влажные волосы хлестали по спине.
— Так, а теперь финал, в попку, всё по-взрослому... - сказала Аяка, когда их дыхание стало сбивчивы: - Кенджи, подготовь её как следует. Не жалей смазки. Ито, подай.
Я подал тюбик с холодным, прозрачным гелем. Кенджи нанёс его щедро сначала на свои пальцы. Маоко, всё ещё на
Как мы стали Куколд и Сексвайв