всё та же реальность, но переписанная изнутри. Почему только один человек замечает перемены?
День прошёл словно в облаках. Как и неделю назад, сосредоточиться на уроках не получалось. К тому же тело разрывало от возбуждения. На математике мисс Леннардс наклонилась проверить задачу — мелькнуло декольте, и член мгновенно встал. Хотя сам орган оставался уменьшенным, а яички втянуты в пах. Соски ныли, возможно, даже воспалены — хотя, скорее всего, от постоянного трения. Чувствительность невероятная: любое касание посылало волны удовольствия по всему телу. Мышцы болели, как при гриппе в прошлом.
Откинул всё более длинные волнистые волосы с глаз, решая уравнение и пряча эрекцию, когда по громкой связи раздалось:
— Майкла Коллинза просят немедленно явиться в кабинет директора.
Майкл, сидевший в этом же классе, встал, собрал вещи и бросил многозначительный взгляд в сторону. Класс загудел «о-о-о», «а-а-а», футболисты подбодрили напутственными возгласами.
Невольно подумал: а вдруг связано с тем, что рассказал полиции про Майкла?
Уроки закончились, влился в толпу, спешащую к автобусам. Чарли забрала мама, остался один. Достал телефон в непривычном нежно-голубом чехле, включил плейлист поп-рока и занял место.
Кто-то коснулся плеча. Софи Юн.
— Привет, — улыбнулась. — Можно присесть?
— О… да, конечно… — заторопился, убирая рюкзак с сиденья.
— Обычно автобусом не езжу, — пояснила, откидывая волосы. — Но после… Тиган… пришлось.
— Можно наверстать упущенное, — предложил. — Как ты сказала недавно… будто давно не общались по-настоящему.
— Раньше всё время вместе тусовались, да, — кивнула Софи. — Потом просто отдалились. Ничего личного, обещаю, Алекс.
— Хорошо, — улыбнулась счастливо. Вздохнула, прислонилась и положила голову на плечо.
— Блин, эти две недели такие длинные… будто нормально не спала уже вечность. А ты?
Член встал мгновенно — поспешно скрестил ноги, скрывая.
— Кошмары снятся иногда, — признался, надеясь, что краска на щеках не слишком заметна.
— Бедненький. Помнишь, что я говорила? Если что-то понадобится — чирлидерши и я всегда поможем.
— Точно… Кстати…
Длинный выстрел, но…
— Тебе не кажется, что я выгляжу… иначе?
Софи выпрямилась, оглядела с любопытством.
— Вообще-то да. Тебе бы поесть побольше. И когда начал носить рубашки на пуговицах?
Замер в шоке. Неужели кто-то ещё замечает?
— Не знаю… Слушай, Софи, не зайдёшь сегодня ко мне? Хочу кое-что показать.
— О… да, конечно. Всё для друга, — улыбнулась, и соски снова напряглись.
Вскоре нервно вёл Софи в свою комнату.
— Мило здесь, — огляделась. — Ой, Кирби, как мило.
— Именно поэтому и пригласил, — начал. — Звучит безумно, но… со мной что-то происходит. Изменения.
— В смысле? — Софи насторожилась.
— Трудно объяснить. Но ты права: похудел, стал ниже.
Окинула взглядом — и в глазах мелькнуло узнавание.
— И одежда… я это не покупал. Никогда бы не надел такое обычно. Выглядит… аккуратнее? Будто гей-театрал из школы или типа того.
— Эй, не надо так. Но стиль точно другой. Думаю, всё наладится, — взяла за руку, прижала к груди. Соски отреагировали мгновенно. Выдернул руку. В тоне Софи чувствовалась осторожность — словно знает больше, чем говорит, и тщательно подбирает слова.
— Можно снять рубашку? Хочу показать ещё кое-что.
Софи отстранилась, глаза расширились.
— Ничего странного, обещаю. Просто… никто другой не верит, кроме тебя.
— Ладно.
Стянул рубашку — обнажил гладкий торс. Соски стояли торчком, в зеркале видно: стали крупнее, слегка припухли.
Софи обошла кругом, посмотрела встревоженно.
— Даже родители ничего не заметили?
— Вообще ничего. Считают, так и должно быть. У тебя есть хоть какая-то идея?
— Нет, — покачала головой. — Но спрошу у кого надо. Знаю человека, который может помочь.
Ремонт стиральных машин