Алина поднялась, порылась в шкафу – нашла запасную юбку, старую, но целую. Переоделась быстро, спиной к двери, и Лёха успел мельком увидеть: она сняла разорванную, стоя в одних стрингах и блузке. Попа была идеальной – круглой, с лёгким загаром, стринги врезались глубоко, обнажая всё. Она нагнулась за новой юбкой, и прореха между ног мелькнула – тёмная, манящая. Лёха чуть не сорвался, но сдержался.
Она вышла из комнаты, Лёха – следом, как призрак. Дождался конца её занятий – последней пары в 14:00. Алина направилась к парковке: чёрный седан, скромный, но ухоженный. Она села за руль, завела мотор. Лёха, не раздумывая, открыл заднюю дверь (тихо, чтобы не спугнуть) и забрался на заднее сиденье. Машина тронулась.
Ехали по Заречинску – мимо фабрик, через мост над Большой Водой. Алина включила радио: какая-то попса, она подпевала тихо, барабаня пальцами по рулю. Лёха сидел сзади, разглядывая её в зеркало заднего вида: профиль, губы, грудь, которая колыхалась на каждой кочке. Вдруг неожиданный поворот: машина свернула не в центр, а на окраину, в сторону леса. "Куда это она?" – подумал Лёха. Алина остановилась у небольшого кафе – "Таёжный уголок", популярного среди местных. Вышла, заказала кофе на вынос. Пока она ждала, к ней подошёл мужчина – высокий, в костюме, с седеющими висками. Они обнялись – не по-дружески, а интимно, с поцелуем в щёку, слишком долгим. "Кто это? Не муж же..." – Лёха выскользнул из машины, подошёл ближе.
– Саша, милый... – прошептала Алина, и голос её был другим – хриплым, полным желания. – Не здесь, люди...
Они отошли за кафе, в тень деревьев. Лёха последовал. Там, у стены, мужчина – Саша – прижал её к себе, рука скользнула под юбку. Алина застонала тихо: "Да... вот так..." Он целовал её шею, а она расстёгивала его рубашку. Лёха смотрел, затаив дыхание: грудь её вывалилась из блузки, соски твёрдые, как камни. Саша сжал их, и она выгнулась. "Изменяет мужу? С любовником?" – шок смешался с возбуждением. Неожиданный поворот: Алина вдруг оттолкнула его. "Нет, Саша, не сегодня. Дети дома, Женя звонил. И... после того случая на лекции я нервная."
Саша рассмеялся: "Твои студенты увидели твою попку? Завидую им!" Алина шутливо шлёпнула его, но в глазах мелькнула искра – как будто ей льстило. Они вернулись к машинам, она села обратно, Лёха – следом.
Машина поехала дальше – в жилой район, к аккуратному дому на две семьи. Алина припарковалась, вышла. Лёха выскользнул, пошёл за ней. Дверь открылась: "Мама пришла!" – крикнула она. Навстречу выбежала дочка – 15-летняя Маша, худенькая, с косичками, в школьной форме. "Мам, мы есть хотим!" За ней – сын Дима, 18-летний парень, высокий, как отец, с наушниками на шее. "Привет, ма."
Алина обняла их, и Лёха увидел семейную идиллию: кухня, запах ужина, смех. Но в голове его крутилось: "Любовник... Измена... А если я вмешаюсь?" Он решил остаться – незаметно пробраться в дом, посмотреть, что будет вечером. Алина переодевалась в спальне, когда зазвонил сообщением телефон. Муж Евгений: "Дорогая, я задержусь. Работа."
Алина улыбнулась в зеркало: "Хорошо, милый." Но как только прочитала, набрала Саше: "Приезжай через час. Детям скажу на йоге." Лёха усмехнулся: "Вот это поворот. Вечер обещает быть жарким." Он устроился в углу гостиной, невидимый, ожидая. Но возбуждение росло – что если Саша придёт, и шоу начнётся? Или если дети что-то заподозрят? Сердце стучало, медальон жёг кожу.
Алина вернулась в гостиную уже переодетая — свободные чёрные леггинсы для йоги, свободная майка с глубоким вырезом, волосы собраны в
Дачный сезон 1