Рядом Лена — я вижу краем глаза, как её тоже накрывает. Она стонет, запрокинув голову, её тело выгибается на Жене, и я вижу, как его член до сих пор в ней, как пульсирует, как она сжимается вокруг него.
— Да... — стонет она: — Женя... да, вот так...
Мы кончаем почти одновременно. Я чувствую, как пульсирует всё внутри, как волны расходятся по телу — от низа живота к груди, к пальцам, к голове. В ушах шумит, перед глазами плывут круги.
И когда спадает, я обмякаю на Паше, тяжело дыша, чувствуя, как его член всё ещё во мне — твёрдый, пульсирующий, живой. Каждое движение моего дыхания отдаётся внутри, и я ощущаю, как он там пульсирует в ответ, как живой, как настоящий.
Рядом Лена делает то же самое — падает на Женю, утыкается лицом ему в шею, тяжело дышит. Её тело ещё вздрагивает остаточными спазмами, пальцы расслабленно скользят по его плечам. Они замирают рядом с нами, и я слышу её прерывистое дыхание.
Я чувствую, как Паша внутри меня — член по-прежнему твёрдый, пульсирует медленными, затихающими толчками, но он не двигается. Просто держит, даёт мне отдышаться, гладит спину, проводит пальцами по мокрой от пота коже.
— Молодцы, — шепчет он, целуя меня в лоб, в висок, в щёку: — Красиво кончали. Очень красиво.
Женя рядом гладит Лену по спине, по ягодицам, что-то шепчет ей в ухо.
Мы лежим так несколько минут. Парни внутри нас, не двигаются. Только гладят, целуют, ждут. Дают нам прийти в себя.
Я чувствую, как сердце замедляется, как дыхание выравнивается. Но внутри всё ещё пульсирует остаточными спазмами.
— Отдохнули? — спрашивает Паша тихо, и я чувствую, как его член чуть двигается во мне, напоминая о себе, дразня.
Я киваю, улыбаюсь в ответ. Вроде только что кончила, а тело уже снова просит — низ живота пульсирует, сосны твёрдые, хочется ещё. Странное чувство — будто меня подзарядили.
— Тогда погнали дальше, — Паша усмехается, гладя меня по бедру.
Лена приподнимается на локте, смотрит на меня. Глаза блестят, волосы растрепались, на губах улыбка.
— Слышь, — говорит она игриво: — А давай рокировочку сделаем?
И она уже слезает с Жени — я вижу, как его член выскальзывает из неё, мокрый, блестящий, с беловатыми разводами её смазки. Она тянет меня за руку, пальцы у неё горячие, влажные.
— Иди сюда.
Я слезаю с Паши, чувствуя, как его член покидает меня — и снова эта пустота внутри, которую хочется заполнить. Но Женя уже ложится на спину, тянет меня к себе.
— Иди ко мне, — говорит он хрипло.
Я разворачиваюсь к Жене. Он уже ждёт — лёг на спину, член торчит, набухший, блестящий, с прозрачной капелькой на самом кончике. Я нависаю над ним, чувствуя его взгляд на себе. Медленно опускаюсь, направляя рукой. Головка упирается во вход, скользит, и я давлю вниз.
Он входит. Медленно, глубоко, до самого конца. Я выдыхаю, чувствуя, как заполняет, как растягивает, как пульсирует внутри. По-другому, чем Паша. Глубже, что ли. Или толще — я не могу понять, просто чувствую, что кайфово. Дико кайфово.
Я начинаю двигаться. Медленно, смакуя каждое движение. Смотрю на него сверху вниз — на его лицо, на то, как он закусывает губу, как глаза закатываются. Нравится. Ему нравится.
Я двигаюсь, смотрю на Лену. Она скачет на Паше, её грудь подпрыгивает, она стонет, кусает губу. Пот тонкими струйками стекает по её спине, по животу. Наши взгляды встречаются, она улыбается, тянется ко мне. Целует.
Прямо в губы. При всех.
Я отвечаю, не думая. Её язык у меня во рту — мягкий, настойчивый,
Мой первый опыт