своей похотью! Блядь, ну почему это всё происходит именно с нами?!
Лицо её вдруг исказилось гримасой боли, почти как во время съёмок, когда она лежала привязанная к лавке, получая удары скакалкой по голой попе, а мужчина-оператор с безразличным видом нагнулся держа объектив камеры прямо возле её лица, стараясь не пропустить ни одного искажения лица от дикой боли, ни одной катящейся градом по лицу слезинки, а прикреплённый к камере микрофон записывал все крики, визги, всхлипывания и рыдания несчастной девушки. Это были самые желанные для извращенцев и садистов, да и просто мужчин как таковых и, соответственно, самые дорогие кадры. Она уронила голову на руки. Послышались долгие тяжёлые всхлипы. Светлова разревелась в голос.
Зубова растерялась и смяла в кулаках салфетки. Она испытала неловкость перед Яной и Ксюшей за свою подругу. И она чувствовала, что сделать ничего не сможет. Даже если она погладит Лену по голове, попробует сказать что-то утешительное это будет неискренне после всего, что между ними было. И Лена будет воспринимать это как жест на публику. Поэтому Таня не знала, что делать, пока её подруга продолжала надрывно рыдать.
Яна сначала отодвинулась от Ксюши и молча встала из положения полулёжа. Потом переглянулась с Ксюшей. Обошла сзади диван, на котором сидела Лена. Обняла её сзади за плечи. И сказала:
— Ну всё. Успокойся.
Лена поднялась, резко развернулась к ней и уткнулась носом ей в грудь. Футболка Яны быстро стала мокрой от её слёз. Лена плакала и шептала: “Спасибо... Яночка...Спасибо...Милая...”. В этот момент Ксюша, сидевшая с Таней, встала и пересела на диван напротив. Она обняла одной рукой Яну, а другой Лену. Её движения были несколько небрежными. Как будто она сама стеснялась излишних сантиментов. Тем не менее, она поступила так, как считала нужным. Трио девушек замерло, прижавшись друг к другу.
Зубова почувствовала резкий укол зависти. Опять она осталась одна и как самая высокомерная и слишком много о себе мнящая. И, что самое обидное, это была правда. Если по отношению к Лене Светловой мужчины, работавшие в студии, включая операторов, испытывали хоть какое-то сочувствие, глядя на её стеснительность, непосредственность и умильную заторможенность, то касаемо Тани Зубовой, все считали, что как раз ей порка, таскание за волосы, унижение и подчинение, а также воспитание вне съёмок действительно идут на пользу, что всё, что с ней делают, она действительно заслужила и что если Светлову тупо истязают и ей просто не повезло, то Зубову именно что наказывают и воспитывают и что всё это пойдёт ей на пользу.
До этого момента Таня совсем не стремилась к обнимашкам с Яной и Ксюшей. По итогам беседы у неё скорее возникло предубеждение против обеих девушек. Она увидела, что те были не лучше, чем они с Леной, а в чём то им было даже легче, особенно Яне. Поскольку они были очень юными, то их жизненный опыт был связан с посещением школы. Но для Лены и Тани до самого последнего времени все эти уроки химии и литературы, как будто стояли на первом месте, а на парней они как будто не сильно обращали внимания. На самом деле, это было не так. Удивительная красота была для них важна. Она давала им ощущение превосходства и придавала силы добиваться успехов не только в школе, но и в различных кружках, связанных с музыкой и танцами. Некоторые их знакомые девушки были болезненные и некрасивые, но они как правило мало в чём добивались успехов. Лена и Таня отказывались от гулянок добровольно и это создавало неосознанную ими самими гордость в их сердцах. И
Наваждение