— Татья... — бормочет первый парень. — Татьяна Сергеевна...
Он называет её по имени-отчеству. По школьному. И я внезапно понимаю, стоп, так это ж её ученики. Совершеннолетние, наверное, но всё равно — её ученики. Пздц!
Это должно было бы остановить меня. Вызвать отвращение. Ярость. Но, какое-то сладостное чувство пересилила мне
Вместо этого я расстёгиваю молнию на джинсах.
Мой член вырывается наружу — твёрдый, пульсирующий, с набухшей головкой. Я обхватываю его ладонью, начинаю двигать кожей вперёд-назад. Очень медленно. Очень осторожно.
В голове сумбур, зрелище заводит меня, как я до такого докатился, я и сам не понял... Видимо отсутствие секса все таки меня настигло.
В зале парни меняются местами. Теперь тот, что был у её рта, входит в неё сзади. Другой садится перед ней, и она берёт его в рот, как будто это самое естественное дело на свете.
— Ты кончаешь? — спрашивает один из парней.
— Почти... — Татьяна тяжело дышит. — Ещё немного...
Я тоже близок. Ближе, чем должен быть, хех. Моя рука двигается быстрее, и я чувствую, как наливается головка члена.
В зале жена вскрикивает — громко, пронзительно. Её тело содрогается, бёдра дёргаются, пальцы впиваются в маты. Я вижу, как по её ногам стекает прозрачная жидкость, смешанная с потом.
Парень внутри неё тоже кончает. Я вижу, как напрягается его спина, как он вталкивает себя глубже, застывает на мгновение, потом выходит из неё — его член блестит от её соков и его собственной спермы. Все течет наружу... Пизда приоткрыта, жена настолько расслаблена, что у нее даже слегка приоткрыта попка, темноватое колечко ануса на фоне большой задницы... От такого вида мне в голову уже как фейерверком ударило... Следом брызгает тот парень что у её головы — мне не особо видно, но паренек кончает ей в глотку, чуть ли не сидя на её лице, пытаясь просунуть свой членик поглубже. Ох ты ж бля!
Мой оргазм накрывает меня через секунду. Я чувствую, как сжимается низ живота, как пульсирует член в руке. Сперма брызгает на стену, на пол, на мои пальцы. Я кусаю губы, чтобы не издать ни звука, но всё равно из горла вырывается сдавленный стон. Пздц!
Я стою, тяжело дыша, с членом в руке и спермой на пальцах. Блять, ещё и обляпал себя... В зале парни отстраняются от моей жены. Один из них падает рядом с ней на маты, другой остаётся сидеть, с уже опавшим членом, который каким-то чудесным образом лежит у нее на лбу, тяжело дыша, глядя на неё, как на богиню.
— Это было... — начинает один.
— Знаю, — жена смеётся. Её голос звучит иначе — расслабленный, довольный. — Знаю, мальчик.
Я застёгиваю джинсы дрожащими пальцами. Вытираю руку о рубашку — испачканную, но мне плевать. Отступаю от двери, стараясь не издать ни звука. Потом я иду по коридору. Быстро, но не бегом. Мимо кабинетов, мимо стендов, мимо сторожа, который смотрит на меня с удивлением.
— Уже уходите?
— Да, — мой голос звучит ровнее, чем я ожидал. — Не нашёл её. Наверное, уже уехала.
Я выхожу на улицу, сажусь в машину. Руки дрожат на руле. Я завожу двигатель, выезжаю со стоянки.
Домой. Нужно ехать домой.
Дома я принимаю душ. Стою под горячей водой, пока она не становится холодной. Мою руки, мою лицо. Не моют, а трут! Смотрю, как вода уходит в сток, унося с собой следы того, что только что произошло. Когда я выхожу из ванной, на часах семь пятнадцать. Татьяна должна вернуться с минуты на минуту.
Я сажусь на диван, включаю телевизор. Не смотрю — просто слушаю
школьный дневник