от секса, а жар стыда и унижения. Кирилл научился их различать за этот отдых. Мышцы, которые еще 10 минут назад назад внушали ужас, теперь казались просто бесполезной массой.
Он аккуратно вышел из комнаты, на всякий случай помахав пультом перед глазами, как пультом от детонатора. Ася провожала его взглядом, полным ужаса и непонимания. Из ее глаз текли слезы — настоящие, соленые, смешиваясь с потом на щеках.
Дверь закрылась.
В коридоре Кирилл выдохнул и прислонился к стене. Сердце колотилось где-то в горле. Он чувствовал вкус ее соков во рту, горечь крови, соленость пота. Щека горела огнем.
"Да-а-а, — подумал он, заходя в свой номер. — Блеф сработал, сука. Ну она же сама говорила, что умеет только качаться и сношаться. Хорошо, что она вообще не знает, что я не могу отправить видео отсюда — вайфай в отеле еле работает, а на пульте только включение и выключение. Тупая силиконовая кукла. Увеличила себе все, но мозгов не прибавилось".
Он подошел к зеркалу и посмотрел на себя. Щека горела красным пятном, губы были разбиты, на подбородке запеклась кровь. Но глаза блестели. Глаза были другими.
— Повезло, — сказал он своему отражению. — Просто пиздец как повезло.
Но в груди росло новое чувство. Чувство настоящего доминирования. Он улыбнулся, и если бы мог увидеть себя со стороны, то понял бы: это была улыбка Стервятника.
В голове уже рождался план. Что делать дальше. Как разыграть эту партию. Как сделать так, чтобы Королева суккубов поняла: есть кое-что посильнее химии и мышц.
Власть. Настоящая власть.
Кирилл лег на кровать, глядя в потолок, и улыбался. Ему это нравилось. Пиздец как нравилось.
16
Кирилл сидел за столом с Ириной. Ужин в ресторане отеля шел своим чередом — туристы болтали, официанты сновали с подносами, закатное солнце золотило море за окном. Только одно место за их столиком пустовало.
— Кирюш, — мама внимательно смотрела на него, — что случилось? Твое лицо.
Кирилл аккуратно провел пальцем по щеке — там, где горел след от удара. Опухоль уже спала, но краснота осталась.
— Представляешь, упал, — сказал он, стараясь говорить ровно. — Прикусил щеку. Ужасно больно... — он помолчал и добавил тише: — Очень унизительно.
Ирина покачала головой, цокая языком.
— Боже, боже... Мда.
Кирилл с невинным видом оглядел стол.
— А где Ася?
— Сказала, что ей нехорошо, — Ирина отпила вино. — Осталась в номере. Закажет еду туда.
Она хмыкнула.
— Красиво живет.
Кирилл помолчал, глядя в тарелку. Потом поднял глаза на мать.
— Мам, расскажи мне про тетю Асю. Что вообще случилось, что она стала такой?
Ирина тяжело вздохнула. Отложила вилку, посмотрела в окно, на закат.
— Ох... это на самом деле весьма неприятная история. Даже не знаю, стоит ли тебе ее рассказывать?
Кирилл аккуратно подбирал слова:
— Ну знаешь... я должен знать, чтобы быть аккуратным с ней.
Он помолчал, потом добавил:
— Ты знаешь, как она взбесилась на той игре, куда мы ходили? На нее не обращали внимания, и она просто этого не вынесла. Стала истерить.
Ирина посмотрела на него задумчиво. Кивнула.
— Мда... понятно.
Она помолчала, собираясь с мыслями.
— Дело в том, что у нее был парень. Они жили вместе, встречались долго. У него были проблемы с алкоголем... ну, вроде не серьезные сначала, но...
— Почему она не ушла от него? — спросил Кирилл.
Ирина грустно улыбнулась.
— Ну, потому что дура. Потому что любила драйв, я не знаю. Ты знаешь, у нее нет детей, может, это тоже влияло.
Она отпила еще вина.
— В один день они что-то не поделили. И ее жених на тот момент... он ну... избил ее и надругался.
ДЕМБЕЛЬСКИЙ АЛЬБОМ (1)