класса. Губы её растянулись в сладковато-ядовитой улыбке, когда она протянула салфетку — не помогая, а демонстративно роняя на пол. — Бьюсь об заклад, тебе нравится быть мокрой на публике, да?
Урок истории превратился в пытку. Мистер Морган бубнил о Великой хартии вольностей, когда шарик бумаги отскочил от виска Джордан, упав на парту. Дрожащими руками она развернула его: примитивный рисунок, изображающий её и Тони с сержантом, с подписью: «Видели ваш фильм ★★★★★». Следующий шарик прилетел через минуту — уже с номером телефона и предложением «организовать очередь». Третий попал Тони прямо в декольте, закатившись под блузку. Она не стала его доставать.
Последний звонок прозвучал фальшивой амнистией. Тоня успела схватить Джордан за руку ещё до того, как коридор заполонила волна учеников — их тела слились в хаотичный поток, где локти, сумки и чьи-то смеющиеся лица превратились в единую угрозу.
Первая рука схватила Тоню попу, рука полезла под юбку. Она дёрнулась, но толпа сомкнулась плотнее, прижимая её к незнакомой спине в потной футболке. Где-то слева Джордан вскрикнула — чья-то ладонь скользнула под её топ, грубо обхватив грудь.
— В раздевалку! — Тоня рванулась в сторону, увлекая подругу через людской поток. Вслед им раздалось улюлюканье.
Они нырнули в тяжёлые двустворчатые двери, в гулкую, пропахшую хлоркой тишину женской раздевалки. Там было пусто, занятий сегодня, по счастью, не было. Девушки прислонились к холодной кафельной стене, тяжело дыша.
— Мы не можем выйти через главный вход, — выдохнула Тони. — Они будут ждать.
— Лайам. Это же он всё устроил. Я думала, он попытается сделать... что-то. Но его весь день не было видно. Как думаешь, что он задумал? — Джордан обеспокоенно посмотрела на подругу.
— Не знаю. — Тоня обреченно пожала плечами. — Может он хочет, чтобы другие начали первыми. Как будто он тут не при чем. Или чтобы мы приползли к нему за помощью.
Джордан молча кивнула. Они быстро двинулись мимо рядов пустых шкафчиков, их шаги гулко отдавались в пустом пространстве. В дальнем конце комнаты виднелась дверь, обещающая спасение — выход через спортивные поля.
Тень от раздевалки отрезала их от школьного двора, где уже начали собираться группы парней, явно поджидая их. Тоня прижала ладонь к холодной металлической ручке аварийного выхода — щёлкнув, она приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы проверить, свободен ли путь. Пустынные спортивные поля, залитые осенним солнцем, манили тишиной. Ни души.
— Быстро, — прошептала Тоня, хватая Джордан за запястье. Они выскользнули наружу, и дверь с глухим стуком захлопнулась за ними.
Девушки побежали, не оглядываясь. Пересекли беговые дорожки, траву на краю поля и подбежали к забору из сетки-рабицы, граничащему с жилым районом. Они перелезли через него, платье Тони на миг зацепилось, но они наконец были свободны.
Они шли по переулкам, избегая людных улиц, стараясь не встречаться взглядами с редкими прохожими. На углу возле улицы Джордан, они коротко обнялись и Тони пошла дальше к своему дому, ссутулив плечи, словно защищаясь от мира. Джордан смотрела ей вслед мгновение, затем повернулась и поплелась к знакомой двери. Дом казался пустым. Она скользнула внутрь, стараясь не скрипеть дверью.
— Джордан? Это ты? — Голос матери, резкий, с ноткой, которую Джордан не могла определить, донёсся из кухни. — Зайди сюда. Немедленно.
Сердце Джордан сжалось. Она замерла в прихожей, её пальцы судорожно сжали ручку сумки. Она знала, что не может избежать этого, но её ноги отказывались двигаться.
— Джордан! — На этот раз голос Дианы был уже ледяным.
Джордан сделала шаг вперед, её ноги будто были наполнены свинцом. Кухня, обычно пахнущая печеньем и кофе, теперь казалась камерой для допросов. Диана
Толстожопая сучка