Они вошли, оглядывая прихожую, гостиную, как волки на новой территории. Артёмка нервно хихикал.
— Где камера? -спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Не торопись, -Димас плюхнулся на диван, развалившись. -Сначала поговорим. Ты тут у нас не главная.
Кирюха подошёл ко мне вплотную. Он был на голову выше. Пахло от него потом и какой-то химией для волос.
— Ты сказала, на камеру. А мы думаем… а что, если мы тебя просто отымеем как следует, а потом ещё и шантажировать будем? -Его глаза, маленькие и хитрые, бегали по моему лицу, груди.
Сердце упало. Это был худший сценарий.
— Вы же… согласились, -слабо выдохнула я.
— Много чего можно согласиться, -вмешался Артёмка, тыкая пальцем в свёрток. -Вот, кстати, твои труханы. Пахнут тобой. Дрочил на них. Класс.
От этой картины меня затрясло. Но тут Димас, рыжий, с дивана, оживился. Он вспомнил что-то.
— О, да! Пацаны, а вы про её дневничок не забыли? Тот, что мы в белье нашли?
Лёд пробежал по спине. Тетрадь. Они её нашли. И прочитали.
Кирюха повернулся к нему, заинтересованно.
— Ага, та самая, где она про своего гипнотизёра писала? И про какие-то слова?
— Да! -Димас вскочил, его глаза загорелись. -Там, блядь, целый план был! Слова какие-то… «Обруч», «Гнездо». Она, типа, когда их слышит, становится послушной, как собачка. И про своего сына там было… что она ему отсосала! Это пиздец!
Они смотрели на меня теперь с другим выражением -не с похотливым любопытством, а с хищным, экспериментальным интересом. Они нашли инструкцию.
— Правда, что ли? -Кирюха взял меня за подбородок, грубо повернул лицо к себе. -Ты там писала, что от слова «обруч» рот сам открывается и ты готова сосать?
Я молчала, пытаясь вырваться.
— А ещё там про игрушки её было, -продолжил Димас, листая в памяти. -Про чёрный фалос большой. И про вибратор. И что она сама себя наказывает, когда одна.
Артёмка хихикнул.
— Так давайте проверим! У нас же тут как раз живой образец! Мамаша, а где твои игрушки? Покажи. Давай, доставай. Хочу посмотреть, во что ты играешь, когда Стёпка в школе.
Это было хуже, чем просто секс. Это было вскрытие. Они хотели не просто использовать тело -они хотели поиграть с рычагами управления, которые нашли.
— Я… не помню, куда дела, -солгала я, голос предательски дрогнул.
— Врёшь, -отрезал Кирюха. -Мы их нашли. В том же тайнике. Просто не взяли.
Кирюха, не церемонясь, схватил полы моего халата и рванул на себя. Шёлковый пояс развязался, ткань соскользнула с плеч и упала на пол к моим ногам. Я стояла перед ними абсолютно голая. Воздух в спальне показался ледяным. Они замерли, впиваясь взглядом. Их похотливые ухмылки на мгновение сползли с лиц, сменившись немым, почти детским изумлением.
— Вот это да… -прошептал Артёмка, его глаза вылезали из орбит, скользя по моим бёдрам, талии, груди.
Они видели меня на фото, в пабликах, но реальность была другой. Бледная кожа, почти фарфоровая в тусклом свете ночника, оттеняла тёмный треугольник лобка и шоколадные, налитые соски. Синяки от Серёги на бёдрах и запястьях казались сейчас не позорными метками, а какими-то дикими украшениями. Я видела, как глотнул Кирюха, как Димас перестал ухмыляться.
Кирюха первым оправился. Он медленно, почти нерешительно, протянул руку. Его пальцы, шершавые и горячие, коснулись моего плеча, провели по ключице. Прикосновение было странным -не грубым, а скорее изучающим, будто он проверял, реальна ли я.
Эротический этюд 9