полном шоке: мать её ученика, грубая и скандальная женщина, сейчас стояла на коленях и отчаянно вылизывала ей пизду. Но тело предательски реагировало. После сегодняшнего оргазма на уроке и постоянного возбуждения киска сразу ответила новой волной соков.
Анастасия лизала всё быстрее, жадно всасывая клитор, запихивая толстый язык глубоко внутрь. Её нос тёрся о лобок Светланы, а руки крепко держали её за бёдра.
— Кончи мне в рот... пожалуйста... — хрипло просила она. — Кончи, чтобы тарелка была довольна...
Светлана не выдержала. Стыд, шок и сильное возбуждение смешались в один ком. Она схватила рыжую голову Анастасии обеими руками и сильно прижала к себе. Бёдра задрожали, киска сильно сжалась, и она кончила — резко, мокро, брызнув прямо в широкий рот матери своего ученика.
Анастасия жадно глотала и продолжала лизать, высасывая каждый спазм. Когда Светлана наконец обмякла, женщина медленно отстранилась. Её лицо было всё в соках Светланы, слёзы всё ещё текли.
— Теперь она оставит меня в покое... хотя бы на сегодня... — тихо всхлипнула Анастасия Витальевна, вытирая рот тыльной стороной ладони.
Светлана Петровна стояла, тяжело дыша, с задранной юбкой и спущенными трусиками. Её тело всё ещё дрожало от только что пережитого взрыва эмоций. Она ещё стояла и смотрела на стоящую перед ней на коленях Анастасию Витальевну. Как в голове вспыхнула вся накопленная обида: прошлогодний скандал на собрании, когда эта женщина орала на всю школу, что Светлана «мстит её сыну», «не умеет работать» и «вообще старая неудачница». Тогда Светлана едва сдержала слёзы. Теперь судьба дала ей шанс.
— Встань, от тарелки есть ещё кое-что для тебя — ледяным голосом приказала она.
Анастасия поднялась, всё ещё всхлипывая.
— Раздевайся догола. Быстро. И не вздумай прикрываться.
Женщина дрожащими руками сняла с себя всё. Теперь она стояла полностью голая — грузная, с огромными тяжёлыми сиськами, толстым животом и широкой мясистой попой. Похабные татуировки на её теле выглядели особенно вульгарно: «СИСЬКИ ДЛЯ ПЫТОК», «ШЛЮХА», «СПЕРМОГЛОТКА», «ЕБЛИВАЯ МАМАШКА», стрелки на пизду и жопу.
Светлана подошла вплотную и холодно улыбнулась.
— Тарелка сказала мне кое-что особенное про тебя, Анастасия Витальевна. Она велела мне хорошенько тебя наказать. За все твои скандалы. За то, как ты меня унижала при всех. За то, что ты — наглая, жирная сука, которая думает, что может топтать кого угодно.
Она схватила Анастасию за рыжие волосы и резко дёрнула голову назад.
Ай!
— Руки за голову. Ноги как можно шире. Прогнись в пояснице и выпяти сиськи вперёд. Максимально. Я хочу видеть, как они висят и трясутся.
Анастасия послушно приняла крайне унизительную позу: руки за головой, спина сильно прогнута, огромная грудь выпирает вперёд, толстая жопа оттопырена. Она дрожала всем телом.
Светлана не стала церемониться. Она схватила обе тяжёлые груди и начала грубо их мять — сильно, до боли, впиваясь пальцами в мягкую плоть. Потом перешла к соскам: схватила толстые коричневые соски двумя пальцами и резко потянула их вверх, растягивая как можно сильнее.
— Аааай! Больно! — громко вскрикнула Анастасия.
— Молчать! — рявкнула Светлана и сильно шлёпнула ладонью по правой груди. Звонкий шлепок разнёсся по кабинету. — Эти сиськи теперь для пыток. Так написано, верно?
Она начала настоящую жестокую игру: выкручивала соски по часовой стрелке, сильно щипала их, тянула вниз, потом вверх, шлёпала по ним раскрытой ладонью. Грудь Анастасии быстро покраснела, соски распухли и стали тёмно-бордовыми. Каждый рывок и шлепок заставлял женщину громко всхлипывать и подвывать.
— Пожалуйста... хватит... я больше не буду... — плакала Анастасия, слёзы текли по мясистым щекам.
— Не будешь? — Светлана злобно усмехнулась и дала особенно сильный шлепок по обеим сиськам сразу. — А кто
Подруга друга