— Ко мне, люди Альбы! - снова крикнул он, когда на место событий только что прибыла дополнительная кавалерия, которую Альбаннах обогнал.
Огромный конь тоже не остался в стороне: он продолжал вставать на дыбы и бить копытами тех, кто теперь нападал на Скотта. Но вокруг Скотта было слишком много врагов, и удары шестерых или семерых викингов заставили его опуститься на колени, прежде чем подоспела помощь.
— Боже милостивый! Сдерживайте этих ублюдков, сдерживайте!! - Скотт смутно услышал крик Лахлана, прежде чем все потемнело.
Следующее, что осознал Скотт, был голос Колмгила. Ему показалось, что он либо спит, либо, возможно, находится в загробном мире.
— Он очнулся, Лахлан, слава Богу, он очнулся.
Скотт почувствовал, как его руку крепко сжали, и, приоткрыв глаза, увидел наклонившегося над ним Лахлана.
— Спасибо богу, Скотт, - прошептал его друг, и Скотт был глубоко тронут, увидев слезу в глазах Лахлана.
Скотт застонал, пытаясь приподняться: голова кружилась, а все тело словно было избито молотком. Он позволил себе снова опуститься.
— Лахлан, король... - сумел вымолвить он.
— Прямо здесь, мой добрый друг, и не благодаря твоему дьявольскому коню. Он чуть ли не растоптал все, что двигалось вокруг тебя! - Скотт услышал голос Габрайна и почувствовал руку на плече.
— Похоже, я в лучшем состоянии, чем ты, лорд Лоарна. Может, ты уже слишком стар для сражений, Скотт?
Скотт услышал, как Габрайн и его друзья хихикнули, используя юмор, чтобы сгладить всю серьезность ситуации на поле боя.
— Кажется, у меня все шло неплохо, пока мне не пришлось мчаться на помощь какому-то юнцу, - слабо ответил Скотт.
— О, лорд, это можно считать изменническим заявлением.
— Скотт, если говорить серьезно, насчет кольчуги и доспехов - нам нужно производить их больше. У тебя нет ни единой ссадины на теле, несмотря на то, сколько ударов тебе нанесли. Возможно, у тебя переломаны ребра, но в целом тебе действительно повезло, - услышал он, как сказал Колмгил.
— И, Скотт, похоже, я снова обязан тебе жизнью, - теперь уже тише сказал Габрайн.
— А я - способности спать спокойно по ночам. Я пренебрег своим долгом перед королем, совершенно не позаботился о его безопасности. Если бы он погиб, виноватым был бы я. И тебя я тоже чуть не потерял, друг мой, - добавил Лахлан.
— Хватит вам всем! Клянусь, меня стошнит, если вы не прекратите эту сентиментальную болтовню! - успел прохрипеть Скотт, прежде чем снова погрузиться в сон.
Прошло несколько дней, прежде чем Скотт смог подняться с дивана, на котором лежал. Верхняя часть его тела была почти сплошь в синяках, уже приобретавших темно-синий оттенок. Он чувствовал сильную скованность, но ходить ему удавалось достаточно легко. Габрайн и Лахлан провели с ним много часов, рассказывая о том, что он пропустил в ходе сражения и после него, а также о прогрессе в деле улучшения жизни в Эйршире и Галлоуэе. Здоровье Габрайна, по-видимому, сохранилось благодаря тому, что он носил кольчугу, и Скотт еще раз поблагодарил Бога за то, что поручил своим мастерам изготовить ее. У Габрайна также была просьба.
— Скотт, не мог бы ты пойти и разобраться со своей дьявольской лошадью? Она никого к себе не подпускает, кажется, действительно сошла с ума!
Скотт направился к месту, где содержался Альбаннах. Было видно, что огромное животное сильно волновалось, но, как по волшебству, оно успокоилось, когда он подошел: оно опустило голову и стало топать копытами по траве. Когда Скотт подошел достаточно близко, Альбаннах ткнулся головой ему в грудь, а Скотт обхватил огромную голову обеими руками и поцеловал длинный нос Альбаннаха.
В лифте.