остаются Домнаилл, Мёрдок и ты сам, Габрайн, - сказал Лахлан.
И Габрайн, и Мёрдок поспешили отказаться от кандидатуры, не имея никаких притязаний на эту высокую должность.
— Домнаилл тоже был бы ошибкой. Он слаб, у него нет авторитета в стране. Может быть, кто-то из молодых Ри - возможно, тот, кто будет их опекуном? - спросил Габрайн.
— Нет, это совершенно не подойдет. Это должен быть сильный человек, - вступил в разговор Мёрдок.
— Почему бы это не мог быть Убийца викингов?
— Ни за что! Я не только не принадлежу к роду Ри, но и тихо вношу свой вклад в дело Шотландии. Занятие столь высокой должности могло бы создать иллюзию, будто я нахожусь в положении, позволяющем оказывать большее влияние на развитие Шотландии, но реальность была бы иной. Нет, я отказался от предложения Эйршира и Галлоуэя, чтобы остаться в Далриаде, и я бы чувствовал себя еще сильнее, если бы была хотя бы малейшая возможность, что я мог бы стать Верховным королем.
— Что ж, тогда у нас остается мало выбора. Это должен быть либо Гирик, либо Эохайд, как бы мне ни было больно это говорить, - заключил Мёрдок.
Они продолжали обсуждать возможные варианты, но к моменту начала заседания совета между ними так и не было достигнуто единодушия. На этот раз споров о том, кто может присутствовать на заседании, было меньше, и Скотт с Лахланом присоединились к своим друзьям. Габрайн задал тон заседанию, продемонстрировав свою растущую зрелость и уверенность в себе.
— Может быть, нам стоит начать это заседание с выяснения причины, по которой мы здесь собрались? - сказал он, бросив вызов Гирику.
— Ха, щенок гавкает! - высокомерно ответил Гирик.
— Этот щенок последние девять месяцев убивал саксов и викингов, лорд Атолл, а не тех, кому я принес клятву верности!
— Хватит уже, я пришёл сюда не для того, чтобы слушать, как едва отнятые от груди младенцы притворяются, будто умеют лаять.
— Лай у меня достаточно громкий, Гирик, а укус - еще сильнее! Я теперь могу выставить на поле боя более двадцати тысяч закаленных в боях воинов, и могу пообещать тебе, что так и поступлю, особенно если что-нибудь неблагоприятное случится с молодым Константином или молодым Дональдом. Тебе лучше об этом помнить, дружище!
— Да, и еще восемь тысяч из Файфа встанут на сторону лорда Далриады, - добавил Мёрдок.
Гирик понял, что это не пустые угрозы, и посмотрел на Габрайна с новым уважением, ведь боевой опыт молодого короля был очевиден.
— Хватит, милорды, к делу, - вставил Эохайд. - Мы знаем, зачем мы здесь. Я предлагаю Гирика мак Дунгайла на пост верховного короля. Что скажете?
Эохайд и Гирик посмотрели в глаза своим соратникам по Ри, осознав, что их руки были единственными поднятыми. Они переглянулись, теперь, вероятно, обеспокоенные тем, что их заговор вот-вот сорвется.
— Я предлагаю учредить совместное верховное правление - Гирику и Эохаиду вместе. Они хорошо ладят друг с другом, но да поможет Бог бедной Шотландии, - предложил теперь Габрайн.
Когда он поднял руку, Мёрдок последовал его примеру, и оба были немного удивлены, увидев, что Домнаилл сделал то же самое. И Гирик, и Эохайд выглядели не слишком довольными этим шагом, весьма необычным и почти наверняка никогда не применявшимся в прошлом. Но, учитывая результаты голосования, казалось, что они оба ничего не могли поделать.
После совещания друзья встретились с Домнаиллом наедине, учитывая, что он поддержал Габрайна и Мёрдока во время голосования. Габрайн, в частности, очень хотел наладить с Домнаиллом связь на будущее, поскольку судьба двух юных принцев, казалось, не давала ему покоя.
Контрольная по алгебре