Я усилил движение. Теперь я не просто качал ее из стороны в сторону, а задавал ритм: шаг назад (я оттягивал ее бедра к себе), затем резкий толчок вперед (я толкал их от себя, сводя вместе). В первый раз ничего не вышло. Ягодицы лишь сомкнулись, но не хлопнули.
—«Может, попробуешь сильнее? А то она у меня сам знаешь...не маленькая...что бы растрясти надо приложить усилия...»— вдруг сказала она сквозь зубы, и в ее голосе прозвучала какая-то новая, хриплая нота. Она втягивалась в процесс!
Я стиснул ее ягодицы сильнее, мои пальцы впились в плоть, и снова задал движение. Назад — вперед, с силой сводя ее бедра вместе.
И тогда это случилось.
Раздался звук. Негромкий, влажный, сочный шлепок. Две огромные, массивные полусферы ее задницы со всей силой, которую я им придал, схлопнулись друг с другом. Кожа встретилась с кожей, создав этот отчетливый, пошлый хлопок. Вибрация от удара прошла через мои ладони, по моим рукам, прямо в основание моего позвоночника. Я чувствовал этот хлопок всем своим существом.
—«Ой, Леша!» — вскрикнула она, и в ее голосе смешались испуг, стыд и что-то еще, что-то дикое и неконтролируемое — ну куда ты так сильно ее трясешь!»
Но она не вырвалась. Она осталась на месте, ее спина была напряжена, а ягодицы, которые я все еще сжимал в своих руках, были горячими, как горячие булочки. Я видел, как кожа на них покраснела от удара, и этот легкий румянец сводил меня с ума.
—«Это и нужно, тетя Лена, — сказал я, и мой голос был хриплым от желания — это и есть clap. Слышите?»
Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Ее дыхание стало прерывистым, грудь под топом вздымалась и опадала быстрыми рывками. Соски были отчетливо видны сквозь сетку — темные, твердые, набухшие точки.
—«Теперь... теперь попробуйте сами, » — сказал я, с невероятным усилием отрывая свои руки от ее плоти. На ее белой коже остались красные отпечатки моих пальцев. «Следы владения. Мои следы!»
Она медленно выдохнула, как будто освобождаясь от оков. Ее глаза были закрыты. Она простояла так несколько секунд, а потом открыла их. И в них было уже не столько смущение, сколько сосредоточенности. Как у спортсменки, которая готовится к решающему движению.
Она снова встала в исходную позицию, спиной ко мне, ноги чуть шире плеч на этих черных, тонких каблуках. Ее огромная, белая задница была выставлена напоказ, прямо перед моим лицом, на расстоянии вытянутой руки. Она была влажной от пота и, как мне показалось, от чего-то еще. Легкий блеск покрывал кожу в самой глубине между ягодицами.
Она сделала глубокий вдох, и ее спина выгнулась, отчего ягодицы выпятились еще сильнее, став почти сферическими, идеально круглыми. Затем — движение.
Она сама, без моей помощи, сделала небольшой шаг вперед и резко, с силой, толкнула бедра назад. Ее мышцы напряглись под кожей, ягодицы сжались, сомкнулись...
ХЛОП!
Picture background
Звук был громче, четче, звонче. Настоящий, сочный шлепок плоти о плоть. Ее ягодицы встретились с такой силой, что они на мгновение сплющились, превратившись из двух округлостей в одну единую, трясущуюся массу, а затем снова разошлись, заколебавшись, как желе. Волна от удара прокатилась по их поверхности, создав мелкую, аппетитную рябь на коже.
—«Вот так!» — вырвалось у меня, и я схватил телефон, чтобы начать съемку.
—«Идеально! Продолжайте!»
Она обернулась через плечо, ее лицо было пылающим, губы приоткрыты, глаза блестели.
—«Вот так? Правильно все делаю?»
—«Да, да, именно так! Умничка, тетя Лена! Трясите ею! Сильнее!»
Она кивнула, и ее выражение стало почти одержимым. Она снова повернулась к окну, и ее тело начало двигаться в ритме, который она
Строгая начальница-5