подцепила пальцем один маленький кубик и без раздумий закинула его в рот. — Ммм... странно. Как-то... цветочно.
— Ты что делаешь?! — взревел я, вскакивая с кровати. В голове пронеслась картина: Аня корчится в агонии, а я не могу вызвать скорую, потому что здесь нет связи. — Это не еда! Выплюнь!
Она удивлённо посмотрела на меня, прожёвывая. — Да чего ты орёшь? Вкусно. Немного горчит, но в целом нормально.
Я, не помня себя, сгрёб все оставшиеся кубики со стола в ладонь и запихнул их в рюкзак, поспешно застёгивая его. Потом полчаса не отходил от сестры, вглядываясь в её лицо, постоянно спрашивая, не кружится ли голова, не болит ли живот. Аня смеялась, называла меня параноиком и в конце концов отшила, сказав, что хочет спать.
Постепенно я успокоился. Прошло полчаса, потом час. С Аней было всё в порядке. Она спала как ни в чём не бывало, ровно дыша в темноте. Я тоже начал засыпать, уже почти поверив, что кабан был просто совпадением.
Но ближе к полуночи я проснулся от странного звука. Тихий, мягкий, чавкающий, мокрый звук доносился с кровати сестры. Я замер, прислушиваясь. Звук повторился, стал чуть громче, отчётливее. В кромешной темноте я не мог ничего разглядеть, только видел смутный силуэт её руки, которая орудовала между ног. Тихие посапывания перемежались едва слышными всхлипами, а звуки становились всё громче, настойчивее. Словно она яростно вгоняла в себя пальцы, расплёскивая соки. Мой член, который уже успел уснуть, моментально встал, уперевшись в простыню. Сердце заколотилось так громко, что, казалось, его слышно в соседней комнате.
Я тихонько скинул трусы, взял свой не самый большой, но уже твёрдый как камень член в руку и начал мастурбировать, стараясь двигаться в такт звукам с соседней кровати. Я представлял, как Аня лежит там, раздвинув ноги, как её пальцы скользят по мокрой плоти, как она дрожит от собственного прикосновения. Мысль о том, что это моя сестра, которую я всегда считал пацанкой, теперь вызывала дикое, извращённое возбуждение. Я слушал, как она дрочит рядом, и делал то же самое, и это было самое волнующее, что со мной случалось в жизни.
Так продолжалось почти два часа. Мы мастурбировали в темноте, в одной комнате, каждый на своей кровати, но словно вместе. Наконец звуки утихли, сменившись глубоким, ровным дыханием. Ещё через пару минут я кончил, вытирая руку о простыню. Мы заснули почти одновременно.
Я уснул с мыслями о том, что грибы и правда действуют, но как-то странно, избирательно. И мне обязательно стоит с ними поэкспериментировать. Особенно с сестрой, которая после этой внезапной ночной сцены вдруг стала для меня интересной.
Глава 3
Я проснулся от солнечного луча, пробившегося сквозь щель в занавеске. Первым делом я повернул голову к кровати сестры. Аня спала на боку, повернувшись ко мне. И я замер.
Её тонкая футболка, которую она обычно носила как мешок, теперь топорщилась на груди. Сквозь ткань отчётливо проступали соски — твёрдые, набухшие, как будто их только что трогали. Но дело было не только в них. Сама грудь изменилась. Вчера она была почти плоской, как у мальчишки, а сегодня на футболке обозначились два явных холмика — маленьких, но уже округлых, упругих, с чёткими границами. Казалось, за одну ночь они подросли чуть ли не на полразмера.
Аня в этот момент тоже открыла глаза и, потягиваясь, непроизвольно провела рукой по своей груди. Замерла, потом снова ощупала себя через футболку, нахмурившись. На её лице было чистое недоумение.
— Чёрт, — прошептала она, садясь на кровати. — Это что ещё такое?
Близость с ней