и дрочил — медленно, наслаждаясь. Дверь тихо открылась. В комнату вошла Светлана. Моя жена. В коротком шёлковом халатике, который едва прикрывал её роскошное тело. Ей было уже тридцать шесть, но она расцвела ещё ярче: большая тяжёлая грудь, полные сочные бёдра, высокий крутой зад, длинная русая коса до пояса. Она остановилась у порога, посмотрела на сына и... улыбнулась. Глаза её горели тем самым знакомым огнём.
Светлана стояла в дверях, и время для неё будто остановилось.
Сначала был шок — острый, электрический, пробежавший по всему телу. Глаза её расширились, дыхание перехватило. Она ожидала увидеть что угодно, но не это. Не такой... огромный, тяжёлый, пульсирующий член своего собственного сына. Чёрный, толстый, с набухшими венами и большой глянцевой головкой, который гордо стоял, слегка подрагивая в такт его дыханию.
Потом пришёл стыд — горячей волной, заливший щёки и грудь. «Боже, что я делаю? Это же мой сын... мой мальчик...» — пронеслось в голове. Сердце заколотилось так, словно хотело вырваться. Она почувствовала, как предательски напряглись соски под тонким халатиком, а между ног стало жарко и влажно.
Но стыд почти мгновенно начал смешиваться с чем-то другим — глубоким, животным, запретным возбуждением. Глаза её не могли оторваться от этого мощного, красивого органа. Он был даже больше, чем у Аде когда-то. Толще. Тяжелее. Идеальнее. Она поймала себя на мысли, что невольно сглотнула, представив, как эта толстая головка раздвигает её губы и медленно входит внутрь.
Внутри неё вспыхнула целая буря чувств: восхищение размером и силой сына-мужчины, вина за то, что она смотрит на него с таким откровенным желанием, нежность материнская, которая странным образом переплелась с похотью женщины, и, наконец, глубокое, почти болезненное желание — такое сильное, что ноги слегка задрожали.
Она почувствовала, как её собственная пизда предательски сжалась и стала мокрой. Тело реагировало быстрее разума. В голове крутились обрывки мыслей: «Он вырос... Боже, какой же он стал... Это неправильно... Но как же мне хочется...»
Светлана медленно облизнула пересохшие губы и, не в силах больше сдерживаться, сделала шаг вперёд. Глаза её горели — в них уже не было материнской нежности. Только голодная, жадная, женская страсть.
— Денис... — хрипло прошептала она, и в этом коротком слове смешалось всё: стыд, любовь, вина и нестерпимое желание.
— Денис... — прошептала она еще раз более нежно. — Я видела, как ты смотришь на меня в последнее время...
Она подошла ближе. Денис не остановился — только посмотрел на неё с каким-то благоговейным, очарованным взглядом. Светлана села на край кровати, протянула руку и обхватила его огромный чёрный член своими тонкими пальцами. Она ласкала его медленно, восхищённо проводя ладонью по всей длине, мяла тяжёлые яйца, проводила пальцем по набухшей лиловой головке.
— Какой же ты... большой... — выдохнула она. — Как у твоего отца когда-то...
Она наклонилась и взяла головку в рот. Денис застонал громко, запустив пальцы в её волосы. Светлана сосала жадно, но нежно — глубоко, с любовью, облизывая каждую вену, заглатывая почти до середины. Её большая грудь колыхалась в вырезе халатика. Потом она встала, сбросила халат и оседлала сына. Её сочная, крупная вульва с мясистыми половыми губами уже блестела от влаги. Она сама направила его толстый ствол в себя и медленно опустилась — сантиметр за сантиметром, пока не села полностью. Светлана выгнулась, громко застонала и начала скакать — сначала медленно, потом всё быстрее, шлёпая своим высоким крутым задом по его бёдрам.
— Сынок... милый мой... трахай маму... глубже... — шептала она, держась за его плечи.
Денис схватил её за бёдра и начал бить снизу — мощно, глубоко, заполняя её
Тимур и его команда III. Bonus. Фрагмент 6 & 1/4. The Star. Продолжение