сильнее насаживаясь на мой палец в попке и на член одновременно, её роскошный зад задрожал в моих ладонях.
— О-о-о... Денис... сыночек мой... — выдохнула она хрипло, голос, дрожащий от волнения и новой волны желания. — Он... он писал тебе это? Звал тебя... чтобы вдвоём... с Вероникой и Алиной? Боже мой... Я знала, что Андрей — весь в нашу породу, но чтобы так открыто... чтобы звать тебя, моего мальчика... Мамочка течёт от одной этой мысли... Представляю, как вы двое — два молодых, сильных, породистых жеребца — берёте нас с Вероникой... Как ты входишь в мою пизду, а он — в мою попку... Или как вы оба стоите над нами, а мы с сестрой на коленях сосём ваши огромные члены... А Алина смотрит и трётся своей мокрой щёлочкой о бедро брата...
Она начала двигаться подо мной активнее — бёдра поднимались навстречу каждому моему толчку, киска хлюпала, выдавливая нашу смешанную влагу, которая стекала по её промежности прямо на мой палец в попке. Я ускорился, вбиваясь в неё глубже, жёстче, чувствуя, как её стеночки пульсируют вокруг меня.
— Да, мамочка... — рычал я ей в губы, целуя жадно, кусая нижнюю губу. — Он писал подробно. Как Вероника сама пришла к нему ночью, как он лишил Алину девственности прямо на глазах у матери. Как они теперь спят втроём в одной кровати, и каждое утро он просыпается с членом в маминой или сестриной киске. Как Вероника иногда плачет от счастья... И как он мечтал, чтобы я приехал и мы вдвоём ублажали их — мать и дочь. «Представь, Денис, — писал он, — как мы трахаем твою тётю и мою маму сразу в две дырки. А потом и Алину... Она уже спрашивает про тебя, говорит, что хочет попробовать двоюродного брата». Я тогда чуть с ума не сошёл от этих писем... Дрочил каждый вечер, представляя тебя, мамочка... и как мы все вместе... вся наша порода... сольёмся в одну семью.
Оксана закричала — не стоном, а настоящим криком удовольствия и восторга. Её тело выгнулось дугой, тяжёлые груди подпрыгнули, соски стали ещё твёрже. Киска и попка сжались вокруг меня одновременно, и она кончила — сильно, мокро, заливая меня своими горячими соками, которые брызнули по нашим бёдрам.
— Да-а-а! Денис... Папочка мой... — стонала она, дрожа всем телом, впиваясь ногтями мне в спину. — Я хочу этого... Хочу, чтобы ты и Андрей... вдвоём... ублажали нас с Вероникой... и Алиной... Чтобы наша порода наконец-то собралась вся вместе. Чтобы ты трахал свою мамочку в пизду, а племянник — в попку... Чтобы Алина сидела у меня на лице и давала мне вылизывать свою юную, сладкую щёлочку, пока вы долбите нас... О боже, сыночек... Зови его... Пиши ему прямо сейчас... Скажи, что мы ждём. Что Оксана и Денис готовы принять их в нашу семью... чтобы мы все любили друг друга... как одна большая, запретная, счастливая семья...
Я зарычал, вбиваясь в неё яростно, глубоко, до самой матки, палец в её попке двигался в такт. Её слова разжигали меня до предела.
— Я люблю тебя, мамочка, моя женщина... мать моей дочери... — стонал я, целуя её в губы, в шею, в грудь. — Мы сделаем это. Я напишу Андрею сегодня же. Скажу, что мы с тобой... уже одна семья. Что Юленька — моя. И что мы ждём их... чтобы вдвоём ублажать тебя, Веронику и Алину... Чтобы наша порода расцвела по-настоящему.
Мы кончили вместе — мощно, долго, заливая друг друга. Оксана плакала от счастья, прижимаясь
Студентка Адель. Секс за баллы