Хочу вас порадовать продолжением большого романа и публиковать для вас продолжение "инцестуального рассказа"- «Семейный долг».
p.s Кто не читал предыдущие части, то тут же это рекомендую исправить!
Глава 11: Осмотр с пристрастием
Дни стали напоминать жонглирование раскалёнными углями. Один неверный взгляд, один лишний звук — и всё посыплется, обжигая дотла. Возвращение Изабеллы должно было упростить жизнь, вернув буфер между мной и Викой. Но вместо этого она принесла с собой осознание, что счётчик тикает. Её парень приезжает через три дня. После этого мир рухнет или кардинально изменится. Значит, нужно успеть всё. Со всеми.
Мой следующий визит к Ольге был обставлен как благородная миссия. Полы у них всё-таки вскрыли, стиральную машину нужно было временно отключить и куда-то деть. Я, конечно, вызвался помочь.
Ольга открыла дверь. На ней был тот самый вязаный халат, но на этот раз он был завязан так небрежно, что при движении распахивался, и я успел заметить отсутствие лифчика под тканью. Взгляд её был тёплым, но с хитринкой. Она помнила наш прошлый «чай». Помнила и, кажется, ждала продолжения.
—Заходи, спаситель, — улыбнулась она, пропуская меня. — Только аккуратнее, тут теперь стройка, а не квартира.
Мы пробрались в ванную, заваленную вёдрами и инструментами. Машинку нужно было отодвинуть, чтобы перекрыть воду. Пространства было в обрез. Мы стояли плечом к плечу, вплотную. Я чувствовал исходящее от неё тепло, лёгкий запах сна и мыла.
—Держи вот тут, а я вентиль крутить буду, — скомандовала она, протиснувшись между мной и стенкой. Её спина прижалась к моей груди. Она наклонилась, и халат задрался, открыв мне вид на полные, голые икры и подколенные ямки. — Так, сейчас…
Она рванула старый ржавый вентиль. И случилось то, чего, наверное, ждала не только я, но и она сама, на каком-то подсознательном уровне. Вентиль поддался, но из-под резьбы с шипением ударила тонкая, едкая струйка ледяной воды. Она попала Ольге прямо в лицо, она вскрикнула, поскользнулась на мокром кафеле и упала назад. Прямо на меня.
Я успел схватиться за полку, чтобы мы оба не рухнули, но её падение было стремительным. Она всей своей немаленькой, мягкой тяжестью ввалилась мне в объятия. И самое главное — её грудь, такая сладкая и соблазнительно-тяжёлая и совершенно свободная под халатом, всей своей массой припечаталась к моему лицу. На секунду мир сузился до тёплой, упругой плоти, запаха кожи и мокрой шерсти халата. Я почувствовал под тканью твёрдый сосок, упирающийся мне в щёку.
—Ой! Господи! — закричала она, пытаясь оттолкнуться. Её руки метались, ища опоры. И одна из них, в этой неразберихе, опустилась мне между ног, чтобы оттолкнуться от бедра. Но промахнулась. Её ладонь со всей силой шлёпнулась прямо на мой пах, который уже отреагировал на предыдущий контакт более чем заметно. Она ощутила под тканью джинсов твёрдый, крупный бугор.
Она замерла. Её рука не отдернулась. Она лежала на мне, её грудь давила мне на лицо, а её ладонь лежала на моём возбуждении. В комнате стояла тишина, нарушаемая только шипением воды и нашим тяжёлым дыханием. Потом она медленно, очень медленно поднялась, отодвигаясь. Её лицо было алым, но не от стыда. От адреналина. От игры.
—Извини… — прошептала она, но в её глазах не было извинений. — Всё мокрое опять.
—Да ничего… — я скривился, будто от боли, схватившись за бедро. — Кажется, ногу… или даже не ногу…
Я сделал вид, что пытаюсь встать, и застонал.
—Что? Где ушиб? — её голос мгновенно сменился на деловой, почти материнский. Но это была маска. Мы оба это знали.
Роковая страсть или жизнь ?Moral Limit? 2