работы на подчиненных, но всё равно получится где-то по пятьдесят часов в неделю. Весь этот стресс снова, звонки в нерабочее время. Когда я ещё найду время на детей и семью, мне повезёт, если удастся выкроить час на тренировку. А без Джени, которая будет меня подгонять, будет совсем тяжело.
Шелли доедала последний кусок — по крайней мере, я надеялся, что последний. Не представляю, как ей это удавалось.
— Я буду бегать с тобой, Рик. Думаю, мы сейчас примерно на одном уровне. Ты даже сможешь меня догнать.
Я рассмеялся, чувствуя себя немного самоуверенным.
— Догнать? Через четыре недели ты будешь глотать пыль.
Она рассмеялась в ответ.
— Правда, толстяк? Думаешь, у тебя получится?
За столом на мгновение повисла тишина. Шелли замерла с куском в руке.
— О, чёрт. Я не это имела в виду, Рик, — жалобно протянула она.
— Нет, ты права. Я всё ещё толстый. Не такой толстый, как раньше, но мне ещё далеко. Спасибо за мягкое напоминание, — сказал я. — И да, шлюшка, я думаю, что у меня получится.
Жена, конечно же, не смогла удержаться.
— Милый, это была просто шутка. Просто вырвалось.
Я встал из-за стола.
— Это всегда просто шутка. Всегда за мой счёт. Извините, мне ещё нужно отработать больше часа на беговой дорожке.
По крайней мере, переодеваться не нужно было. Шорты и футболка, которые я надел после того, как мы все валялись в постели, вполне подходили. Я решил сделать забег длинным, поднял скорость до 7 — это примерно девятиминутная миля — и побежал.
Через час я всё ещё был в хорошем темпе. Пот лился градом, когда наверху открылась дверь и вниз по лестнице послышались шаги.
— Эй, Рик, это я, — сказала Шелли, когда её голова показалась из-за потолка и она увидела меня.
Я кивнул, не желая сбивать дыхание.
Она подошла ближе и посмотрела на дисплей беговой дорожки.
— Ты всё это время так бежал?
Я снова кивнул, вытирая лицо полотенцем.
— Я просто хотела извиниться. Это была очень неудачная шутка. Особенно учитывая всё, что происходит. Надеюсь, моя глупость не разрушит тот прогресс, которого мы достигли.
Я сбавил скорость до 4 — теперь можно было говорить. Лёгкий бег трусцой. За час у меня было время всё обдумать, и мне нужно было это выговорить.
— Мы вообще делаем какой-то прогресс? Или я просто снова всем поддаюсь? Мне надоело, чтобы надо мной смеялись и меня унижали. Чертовски надоело. Я заслуживаю лучшего.
— Никто над тобой не смеётся, Рик. Это была просто неуместная шутка, которая просто вырвалась. Не надо всё так раздувать. И что это за «шлюха»? Я думала, мы с тобой уже это пережили.
— Не думаю, Шелли. Ты всегда будешь знать. Знать, что она заставила меня сделать. Я — толстый рогоносец. В этой долбаной клетке на члене. Вылизывающий свою шлюху-жену языком. Встречающий её после того, как ее отодрали конским членом, который ты ей и подсунула. Вот кто я теперь, благодаря моей жене и её милым подругам. И это прошлого никак не изменить.
— Ты ошибаешься, Рик. Ошибаешься сильнее некуда. Никто из нас не видит тебя таким. Ты прекрасный отец, прекрасный муж, прекрасный кормилец. Достаточно сильный мужчина, чтобы попытаться наладить отношения с женой после всего, что произошло. Ты замечательный любовник...
Я перебил её.
— Можешь остановиться прямо сейчас. Мне не нужны эти дерьмовые комплименты. Я видел видео. Я видел её, Шелли. Такую, какой она никогда не была со мной. И никогда не будет. Я, кажется, уже всё понял. Спасибо за утешительный трах, за попытку сделать мне хорошо и всё исправить, но это не сработает. Я
Глупый