— Это у тебя диета такая, — отозвалась Алиса. — Зато не потолстеешь.
— Я и так не толстею.
— Вот и не ной.
Ольга рассмеялась и подошла к мангалу. Она тоже была топлесс — её большая грудь покачивалась при каждом шаге. Александр посмотрел на неё — любуясь ничуть не меньше чем молодыми телами дочерей. Она улыбнулась ему и подмигнула.
— Как дела, добытчик? Помощь нужна?
— Нет. Всё под контролем.
— Тогда я пойду искупаюсь, пока ты тут колдуешь.
Она ушла к воде, раздеваясь по пути. иэАлександр проводил её взглядом. Он любил её. Каждую часть. И он знал, что она это знает.
Алиса вышла на берег. Она подошла к отцу, обняла его за плечи — мокрое тело прижалось к его спине, — и прошептала:
— Пап, отойдём на минутку?
Он обернулся. В её глазах горели озорные искорки.
— Что-то случилось?
— Нет. Просто хочу побыть с тобой. Наедине.
Он оглянулся — Ольга плескалась в воде, Инга сидела на берегу, Диана читала. Никто не смотрел на них. Он кивнул, снял уже готовое мясо с Мангала и пошёл за ней. Алиса отвела его в сторону, за кусты — туда, где их не было видно. Там она остановилась и повернулась к нему.
— Я хочу ещё раз, — сказала она просто.
Он смотрел на неё — на её мокрое тело, на её розовые волосы, прилипшие к шее, на её глаза, полные желания.
— Алиса...
— Не надо ничего говорить, — перебила она. — Просто позволь мне.
Она опустилась на колени — прямо на мягкую траву, — и потянулась к его трусам. Он не остановил её. Она стянула их, освободила член — уже твёрдый, — и взяла его в руку. Её пальцы были прохладными после воды, и он вздрогнул.
— Ты можешь не церемониться, — прошептала она. — Я хочу, чтобы ты был грубее. Я хочу чувствовать, что мой рот принадлежит тебе.
Он смотрел на неё — на свою дочь, стоящую на коленях перед ним, — и это зрелище возбуждало его. Возбуждало больше чем он себе признавалася! И это возбуждение высвобождало то, что он так долго сдерживал. Он запустил пальцы в её волосы — не нежно, а крепко, — и она застонала.
— Да, — выдохнула она. — Вот так.
Она взяла его в рот — глубоко, насколько могла, — и он начал двигаться. Медленно, осторожно, но она подалась вперёд, заставляя его войти глубже.
— Не бойся, — пробормотала она выпустив его член на секунду. Она смотрела на него снизу вверх. — Я не сломаюсь. Трахай мой рот.
Он услышал это — и перестал сдерживаться. Его движения стали жёстче, быстрее. Она принимала его — всего, до конца! Она задыхалась, из глаз текли слезы, но она не отстранялась. Она смотрела на него снизу вверх, и в её взгляде было столько любви, столько преданности, столько покорности. Он не мог больше думать ни о чём. Существовали только её глаза и рот, который он трахал.
— Я твоя шлюха, — хрипло шептала она, выпуская его член. — Мой рот — принадлежит тебе. Ты можешь использовать его когда захочешь. Всегда.
И он продолжал трахать еёсдержа за волосы и грубо насаживая на свой член. Она давилась, слюна капала на её грудь, но она не пыталась отстраниться или остановить отца. Наоборот — она старалась насладиться глубже своим ртом. Пустить член отца глубже в своё горло. И когда он кончил — она проглотила всё, до последней капли. Потом облизала губы и улыбнулась.
— Спасибо, папа.
Он помог ей встать. Заботливо вытер е рот и груди салфеткой,
Я и моё тело ? 12 лет спустя. Часть-2.