работать изнутри. Проворный язык совершал волнообразные движения, обжимая и лаская ствол, в то время как мышцы горла ритмично сжимались вокруг него, создавая идеальный вакуум. От этих манипуляций его член вздрагивал у неё во рту с неистовой силой.
— Контроль, Лена, — её голос прозвучал приглушенно, искажённый плотью. — Всегда и во всем, контроль. Ты решаешь, когда дать ему то, чего он хочет до потери пульса. Ты дирижер этого оркестра, а его тело твой послушный инструмент.
Ислам не выдержал и застонал. Это был стон капитуляции перед её безраздельным мастерством.
— Видишь? — Ярослава оторвалась от члена, смахивая с опухших губ нить прозрачной слюны. Её глаза триумфально сверкали. — Он сейчас на самой грани. Готов взорваться. Но я не дам ему кончить. Потому что я так решила. Потому что его оргазм принадлежит мне. И я распоряжусь им, когда сочту нужным.
Она снова наклонилась, но на этот раз лишь для того, чтобы легонько укусить его головку.
Она замедлила свои движения до невыносимого темпа, снова перейдя к дразнящим ласкам кончиком языка. Эти касания были мимолётными, как дуновение ветерка, но именно они разжигали внутри Ислама огонь желания ещё сильнее.
Ислам задышал чаще. Он превратился в игрушку в её умелых руках, и Ярослава демонстративно растягивала его наслаждение, подчёркивая свою власть.
— Теперь твоя очередь, блондинка, — Ярослава отступила на шаг. Она сделала широкий жест рукой, приглашая Лену вперёд, к «учебному пособию».
— Попробуй. Вспомни, что я сказала. Не торопись, как школьница. Чувствуй его пульс и дыхание. Он твой музыкальный инструмент. Заставь его петь, а не просто орать.
Лена, с дрожащими от волнения руками, сделала шаг вперёд.
Она посмотрела на Ислама, на его расслабленное тело и член, готовый к новым экспериментам. Ей уже не терпелось отточить на нём свои новые знания.
Рука коснулась горячей кожи члена. Лена скрупулёзно повторила движение Ярославы. То же мягкое давление на нежной поверхности его члена. Кожа под её прикосновением тут же ответила непроизвольной дрожью, и эта крошечная реакция вызвала в ней странную радость. Значит, она всё сделала правильно.
Ярослава, скрестив руки на груди, наблюдала за ней, как тренер. Она прекрасно понимала, что не просто развращает подругу. Ей было важно создать себе сообщницу, которая будет понимать её без слов.
В этом новом мире их женская сила заключалась в умении доставить самое изощрённое наслаждение и, через это наслаждение, полностью подчинить себе волю мужчины. Тогда из повелителя он сам превратится в покорного слугу, готового выполнять уже их желания.
В падении Лены, она видела своё отражение.
— Хорошо, — отчётливо прозвучал голос Ислама из-под сомкнутых век. Он лежал неподвижно, каждая клетка его тела, была сконцентрирована на микроскопических ощущениях, которые ему дарила Лена. — Не бойся. Ты не сломаешь. Давление... чуть сильнее. Чувствуешь мышцу? Да, вот так. Идеально.
Воодушевлённая и польщенная Лена сразу поняла, чего он от неё хочет. Её прикосновения стали более настойчивыми и уверенными. Член в её пальцах становился всё твёрже, хотя казалось, это уже невозможно. Лена почувствовала, что в будущем станет настоящей мастерицей в этом деле. Она теперь читала его тело, как книгу. Уверенность в себе росла с каждой секундой.
— Теперь... переходим к языку, — властно направил её Ислам, и в его голосе слышалось сдерживаемое напряжение. — Запомни. Пока не подключаешь рот и голову. Только язык. Кончик. Основание... почувствуй, как там пульсирует кровь. Это ритм сердца. Поймай его.
Лена, затаив дыхание, наклонилась ниже. Она закрыла глаза, чтобы лучше сосредоточиться. Провела кончиком языка от самой мошонки вверх, по указанному пути. Она изо всех сил постаралась повторить сложный
Пленница. Побег или неволя. Часть 8