кончала вместе с ним, и её влагалище сжимало его член в спазмах оргазма.
Когда узел наконец уменьшился, Барон выскользнул из Наташи с громким чавкающим звуком, и из неё хлынула белая жидкость — смесь его спермы и её смазки. Она упала на бок, тяжело дыша, её ноги дрожали.
Мы отдыхали с полчаса. Пили воду, лежали на ковре, гладили друг друга. Барон снова лежал в своём углу, отдыхая, его язык вывалился из пасти, но я видел, что его член всё ещё слегка высовывается из гнезда — казалось, он был готов к продолжению.
Катя поднялась на локти и посмотрела на Наташу с хитрой улыбкой.
— Хочешь попробовать кое-что новое? — спросила она, — позу, в которой ты почувствуешь его всего. Всю его тяжесть. Всю его глубину.
Наташа кивнула, её глаза снова загорелись.
— Положите её на скамеечку, — сказала Катя нам, — на спину. Ноги разведите пошире и придерживайте.
Мы подняли Наташу. Она была вялой, но послушной. Мы положили её на скамеечку, так, что её спина лежала на мягкой поверхности, а бёдра и ягодицы чуть свисали с края, удобно разведённые.
— Держите её ноги, — скомандовала Катя.
Я встал слева, Андрей справа. Мы взяли её ноги под колени, приподняв их, разведя шире, открывая её полностью. Она лежала перед нами, раскрытая, её киска была красной, опухшей, из неё всё ещё сочилась сперма Барона, но она была готова.
Катя подвела Барона. Она опустилась на колени перед ним, взяла его член в руки, подрочила его, потом взяла в рот, возбуждая окончательно. Он снова стал твёрдым, багровым, огромным.
— Сейчас, — прошептала Катя, — я буду управлять им. Я введу его в тебя, и буду держать, чтобы он не соскочил.
Она подвела Барона к Наташе. Он понял, что от него хотят. Он запрыгнул передними лапами на скамеечку, встав над Наташей, его лапы оказались по бокам от её груди. Его член торчал прямо перед её входом.
Катя взяла его член одной рукой за основание, направляя набухшую головку к раскрытой щели Наташи. Другой рукой она схватила его за хвост — для контроля, для управления.
— Да, — прошептала Наташа, глядя на него сверху вниз, — пожалуйста...
Катя толкнула его бёдра вперёд, и Барон вошёл. Наташа взвизгнула, её спина прогнулась:
— Ааааа! Он... он так глубоко сразу!
Катя держала его за хвост и за основание члена, контролируя движения. Она как бы трахала Наташу членом пса — вводя его полностью, отводя назад, снова толкая вперёд. Барон двигался в такт её рукам, его бёдра работали над телом Наташи, его вес давил на неё.
— Ооооо! — Наташа кричала, — Он достаёт до самого дна! Я чувствую его головку у шейки матки! Аааа!
Барон наклонил голову и начал лизать Наташе лицо. Его длинный язык проходился по её щекам, губам, лбу, смешивая её пот со своей слюной. Наташа открыла рот, пытаясь поймать его язык, и они целовались — женщина и пёс, в акте страсти.
— Он лижет меня! — кричала она, — Он трахает меня и лижет! Ооооо!
Мы с Андреем придерживали её ноги, а свободными руками ласкали её грудь, теребили соски. Она была между нами, заполненная псом, облизываемая им, ласкаемая нами.
— Я чувствую... он снова запирается! — вскрикнула Наташа, — Узел! Он раздувается внутри!
Катя усилила хватку на его члене, помогая ему втолкнуть узел глубоко в Наташу, но позволяя ему увеличиться достаточно, чтобы создать ощущение заполненности.
— Он в тебе, — прошептала Катя, — он полностью в тебе. Ты его самка. Его сучка.
— Да! — закричала Наташа, — Я его сучка! Я ваша шлюха! Трахайте меня...
ВН: "Оля"