лет пятидесяти, с руками хирурга и спокойным голосом. Он был одет в шорты и футболку, и я отметил, что он держит себя в отличной форме — широкие плечи, плоский живот, мускулистые ноги.
— Дим, Наташа, — обнял он нас по-мужски, — проходите. Мы так рады, что вы решили приехать.
***
Вечер начался с ужина на веранде. Андрей наливал красное вино, Катя ставила на стол блюда — запечённое мясо, овощи, фрукты. Мы разговаривали о жизни, о погоде, о новостях. Но постепенно разговор стал откровеннее, веселее и перешёл к другому уровню откровенности. Мы шутили на темы сохранения фигур, женской красоты и мужской состоятельности. Не стеснялись затрагивать темы секса, и, даже произнося тост, я осмелился озвучить своё любимое: «Женатый мужчина должен кончать на чужой женщине, а замужняя женщина — на чужом мужчине.» Что подразумевало: чокаясь, с последним, нужно чокнуться с чужим партнёром.
В какой-то момент, Наташа, выпив залпом бокал вина, решила прикоснуться к Барону, встала, спустилась с веранды, начала гладить его, играть с ним, и, споткнувшись, смеясь, упала на траву. Она лежала на спине, и собака, виляя хвостом, встала над ней, и начала лизать её лицо. И тут я увидел: из гнезда начал высовываться кончик его члена — чуть заострённая, огромная, узловатая головка, толстая, ярко-красная. Наташа замерла, глядя на него, и её губы сложились в букву «О».
Катя стояла рядом. Она не торопилась отгонять собаку. Напротив — она смотрела на нас с вопросом в глазах. Она улыбнулась, потом села на корточки рядом с Наташей и погладила собаку по боку.
— Барон — особенный, — сказала она, слегка оттолкнув пса от Наташи, — он очень любит женщин. И мы любим его.
Наташа поднялась на локтях. Её грудь вздымалась, соски торчали сквозь тонкую ткань платья.
— Вы... видели его реакцию? — спросила она тихо.
— Да, — выдохнул я.
— Пойдёмте к столу, — сказала Катя.
Андрей молча смотрел на нас, и в его глазах читался неприкрытый интерес. Я подал Наташе руку, и мы вернулись на веранду.
— Вы давно женаты? — спросила Катя, в очередной раз разливая вино в наши бокалы, и её рука задержалась на плече Наташи.
— Пятнадцать лет, — ответила Наташа.
— И как, не надоели друг другу? — Катя с интересом смотрела на нас, словно ждала какого-то необычного ответа.
— Совсем нет, и даже появилось кое-что, что ещё больше сблизило нас, — засмущалась она, и её глаза встретились с моими, — и теперь мы... открыты к новому. Экспериментируем.
— О, — Катя подняла бровь, и её взгляд стал более пристальным, — как интересно. Мы тоже. Андрей и я — не совсем... традиционная пара.
Андрей усмехнулся, отпивая вино.
— Мы верим, что тело должно получать удовольствие, — сказал он спокойно, — без табу. Если всё по взаимному согласию.
Я почувствовал, как напряглась атмосфера. Наташа сжала мою руку под столом, её пальцы были горячими.
— А... «Барон? — спросила Наташа тихо, почти шёпотом, — он тоже...» участвует в вашей... жизни?
Наступила тишина. Андрей и Катя переглянулись. Я замер, думая, что мы перешли черту, что сейчас всем станет очень неловко, и вечер будет испорчен.
Но Катя рассмеялась — тихо, звонко.
— Ах, вы всё-таки оба заметили, — она положила руку на бедро Андрея, — да. Барон — особенная часть нашей семьи. Не так ли, милый?
Андрей кивнул, его глаза прищурились.
— Мы скрываем это от всех, даже от близких друзей, — сказал он, — и не афишируем. Вы... понимаете, о чём речь?
— Ты... ты пробовала? — Наташа спросила Катю прямо, без обиняков.
С двумя парнями в кинотеатре