шары смещались, упираясь в новые чувствительные точки, вызывая то резкую боль, то странные, неприличные всплески чего-то похожего на удовольствие. Его прямая кишка, уже переполненная спермой, реагировала на инородные тела спазмами, и он с ужасом чувствовал, как жидкость внутри него хлюпает и переливается, угрожая вырваться наружу. Пояс плотно обхватывал его талию, не давая расслабить мышцы живота.
На четвёртой паре, на истории, он сидел рядом с той самой Алисой. Она украдкой положила руку ему на колено, а потом медленно повела ладонью к внутренней стороне его бедра. Её пальцы нащупали под джинсами рельеф пояса, затем скользнули ниже, к сетке боксерсов. Он замер, чувствуя, как её палец надавливает на ткань прямо над его членом, который, предательски, начал наполняться кровью даже в этом состоянии унижения и дискомфорта.
– Я видела, – прошептала она ему на ухо, её губы почти касались мочки. – Всё видела. Ты был великолепен. Такой… податливый. И такой жадный. Я хочу попробовать.
Он ничего не ответил, просто стиснул зубы. Её рука оставалась на его бедре до конца пары, её палец время от времени слегка надавливал, и каждый раз шары внутри него отзывались глухим движением, и низ живота сжимался от стыдливой волны тепла.
После занятий его ждало новое сообщение от Леры: «Приходи в 302 к Ане. 18:00. Не опаздывай.»
Кабинет 302 оказался не учебной аудиторией, а неким клубным помещением, переоборудованным под нужды их сообщества. Здесь были мягкие диваны, стеллажи с непонятным инвентарём, даже небольшая барная стойка. Встретила его сама Аня, уже переодетая в чёрные кожаные леггинсы и облегающий топ. В комнате было ещё несколько человек – Марина Олеговна, Ирма, несколько незнакомых девушек. И, конечно, Лера и Соня. Все они смотрели на него с ожиданием.
– Ну что, как ощущения? – спросила Аня, обходя его вокруг.
– Тяжело, – выдохнул он честно.
– Хорошо. Тяжесть – это напоминание. – Она остановилась перед ним. – А теперь пора опустошить сосуд. Но не просто так. Это будет экзамен.
Её план был простым и изощрённым. Его разодели. Вернее, не разодели, а прикрепили к нему ремнями и кольцами несколько предметов. На шею надели кожаный ошейник с цепью. К соскам прищепили маленькие, но болезненные прищепки с бусинками, которые болтались при каждом движении. На бёдра затянули широкие кожаные манжеты, соединённые между собой короткой цепью, чтобы ограничить ширину шага. И самое главное – сняли с него пояс, освободив доступ к тому самому колечку от шаров.
– Теперь твоя задача – вытолкнуть их. Сам. Без помощи рук, – объявила Аня. – Мы дадим тебе… стимул.
Его поставили на четвереньки посередине комнаты. Под ним постелили клеёнку. Затем к нему подошла Ирма с длинным, тонким, изогнутым страпоном, напоминающим хлыст или щупальце. Она смазала его и, без лишних слов, ввела в его анус, рядом с цепочкой шаров. Страпон был гибким, он изгибался внутри, нащупывая пространство между шарами. Боль была острой, но терпимой.
– А теперь – двигайся, – сказала Аня. – Танцуй. Контролируй мышцы. Выталкивай шары. Каждый шар, который выпадет, будет означать этап. Но если выпадут все… тебя ждёт награда. Или наказание. Смотря как посмотрим.
Она включила музыку. Ритмичный, монотонный техно-бит заполнил комнату. Ирма начала двигать страпоном внутри него, то вводя глубже, то вытягивая почти полностью. Это было подсказкой, ритмом. Саша застонал, пытаясь сконцентрироваться. Он сжал ягодицы, почувствовал, как мышцы ануса обхватывают и страпон, и цепочку. Он попытался вытолкнуть первый шар. Это требовало невероятного напряжения мышц, которые уже были уставшими и раздражёнными. Он тужился, чувствуя, как шар шевелится, продвигается к выходу, но не выходит. Стыдное усилие заставляло его
Оргия с замужней дамой, в присутствии мужа