как её руки сжимают их бёдра, как она притягивает их ближе, как она наслаждается этим моментом.
Видела, как Корнелия тоже стоит на четвереньках, принимая гладиатора сзади. Её тело было напряжено, и чувствовала, как она выгибается, когда он входит в неё, как она отдаётся ему полностью. Её пальцы впивались в шёлк, её дыхание было прерывистым, и слышала, как она стонет, когда он ускоряется.
Видела, как Луцилла, младшая из нашего круга, принимает трёх гладиаторов одновременно — один входит в неё спереди, другой сзади, а третий стоит перед ней, и она берёт его в рот. Её ангельское лицо было искажено удовольствием, её тело принимало их всех, и чувствовала, как она кончает, когда они заполняют её до краёв, как её тело выгибается, как она кричит, когда её оргазм накрывает её.
Менялись партнёрами, пробуя их всех, чувствуя, как каждый член по-своему наполняет нас, как каждое тело приносит новое ощущение, новую глубину, новый ритм. Это был бесконечный танец, в котором мы теряли счёт времени, переходя от одного гладиатора к другому, чувствуя, как их руки, их губы, их члены становились частью нас. Кто-то входил в нас резко и глубоко, кто-то медленно и сладко, кто-то дразнил, заставляя ждать, а кто-то брал нас с той же яростью, с которой сражался на арене.
Перевела взгляд на Ливию. Она стояла на четвереньках, опершись руками о край ложа, её спина была выгнута, а бёдра раздвинуты, и она принимала сразу троих гладиаторов. Один входил в неё сзади — высокий, мускулистый фракиец с тёмными волосами, прилипшими к вискам от пота. Он держал её за бёдра, его пальцы впивались в её кожу, оставляя красные следы, и задавал глубокий, размеренный ритм, от которого её тело подавалось вперёд с каждым толчком. Видела, как его член скользит внутри неё, как он наполняет её до краёв, как его бёдра хлопают о её ягодицы, и каждый его толчок заставлял её вздрагивать.
Второй сидел на ложе перед ней, его ноги были раздвинуты, а его член стоял вертикально, пульсируя в ожидании. Она брала его в рот, её голова двигалась в такт толчкам того, кто был сзади, её губы скользили по его стволу, язык обводил головку, погружаясь вглубь, и слышала, как она стонет, не выпуская его изо рта. Её руки сжимали его бёдра, притягивая ближе, и я видела, как он запрокидывает голову, когда она берёт его глубже, как его дыхание становится прерывистым от её рта, но он сдерживает себя, не позволяя себе кончить.
Третий стоял сбоку, его рука лежала на её спине, поглаживая влажную кожу, и он ждал своей очереди, его член был твёрдым и набухшим, готовым к действию. Он дразнил её, касаясь пальцами её клитора, пока она сосала второго, и я видела, как её тело вздрагивает от его прикосновений. Когда она повернула голову к третьему, он направил свой член ей в рот, и она принимала их обоих по очереди — её голова двигалась от одного к другому, язык скользил по их стволам, она облизывала их, вбирала в себя, глотала их, пока первый продолжал входить в неё сзади, не сбавляя темпа.
Её тело было напряжено, как струна, и я видела, как капли пота стекают по её спине, смешиваясь с маслом, как её грудь раскачивается в такт их движениям, как её пальцы впиваются в шёлк, когда она кончает, сжимаясь вокруг того, кто был в ней. Её крик заглушался членом, который она держала во рту, и слышала, как её голос вибрирует вокруг него. Она откинула голову назад, и гладиаторы отстранились, давая ей
В Москве