она после долгой паузы. – Можно и так. Без надрыва. Без саморазрушения.
– Да, – согласился я, целуя её макушку. – Можно.
Мы полежали ещё немного, потом она поднялась.– Я приму душ. А ты… можешь накрыть на стол? Мы пообедаем, как цивилизованные люди.
– Обещаю, не разобью ни одной тарелки, – пошутил я.
Она рассмеялась и ушла в ванную. Я встал, нашёл на кухне простыню, чтобы прикрыть диван, и начал накрывать на стол. Достал из холодильника салат, который она, видимо, приготовила с утра, разогрел суп. Делал всё медленно, с непривычным чувством бытового покоя. Когда она вышла из душа в халате, с мокрыми волосами, стол был уже накрыт.
Мы пообедали, говорили о пустяках, и я ловил себя на мысли, что мне это нравится. Нравится эта нормальность. Эта симуляция обычной жизни. Возможно, именно её нам и не хватало – не только дикого секса, но и вот этих простых моментов между двумя людьми, которые друг друга любят.
После обеда мы помыли посуду вместе, плечом к плечу у раковины. Потом она предложила прогуляться – недалеко, просто до сквера. Рискованно, но желание вырваться из четырёх стен, почувствовать себя нормальной парой на улице, перевесило осторожность.
Мы оделись – она в те же джинсы и просторную куртку, я в свою обычную одежду. Вышли из подъезда, огляделись. На улице было почти безлюдно – субботний день, многие уехали за город. Она взяла меня за руку, пальцы переплелись с моими. Мы пошли в сторону сквера, и это простое действие – идти за руку с ней под открытым небом – вызвало во мне прилив такой острой, почти болезненной нежности, что я едва сдержался, чтобы не остановиться и не поцеловать её прямо здесь.
В сквере мы сели на скамейку в укромном уголке, за высокими кустами. Солнце грело, падали первые жёлтые листья. Она положила голову мне на плечо, и мы просто сидели, молча, наслаждаясь покоем и тем, что можем позволить себе вот так – быть вместе на виду, пусть и в безлюдном месте.
– Знаешь, что я хочу сделать? – спросила она вдруг.
– Что?
– Хочу, чтобы ты трахнул меня здесь. На этой скамейке.Я оторвался и посмотрел на неё. Она смотрела на меня серьёзно, без тени улыбки.
– Ты с ума сошла? Здесь же…
– Никого нет. А если кто и появится – кусты нас прикроют. – Её глаза загорелись знакомым, опасным огнём.
Иллюзия обычной пары треснула, обнажив ту самую, настоящую Наташу – ту, что жаждала риска и запретного плода.
– Я хочу. Чтобы было как тогда, на мосту. На природе. Чтобы пахло травой и тобой. И чтобы мы рисковали.
Это было безумием. Чистейшей воды. И именно поэтому я не смог отказать. Адреналин ударил в кровь, смешиваясь с возбуждением, которое никогда по-настоящему не угасало в её присутствии.
– Хорошо, – сказал я, и голос мой был хриплым от желания.
Она огляделась ещё раз, убедившись, что вокруг ни души. Потом быстро расстегнула мои джинсы, освободила мой член. Он уже стоял колом, напряжённый и тяжёлый. Она приподнялась с скамейки, скинула с себя джинсы и трусы до колен, не снимая полностью, и села на меня сверху, нанизывая себя на мой член прямо здесь, на открытом воздухе. Я вскрикнул от неожиданности и наслаждения – она была влажной и готовой, её внутренности жадно обхватили меня.
Она начала двигаться, медленно поначалу, сидя у меня на коленях, её руки упёрлись мне в плечи. Её лицо было обращено к небу, глаза закрыты. Я держал её за бёдра, помогая ритму. Это было неистово и невероятно возбуждающе – знать, что в
Поклонница