Руку убирать было уже чисто технически поздно и глупо, так что он просто застыл, тяжело глядя на меня.
Я не стала включать застенчивую дурочку, хлопать дверями или делать вид, что оскорблена в лучших чувствах. Слишком уж честной была эта ситуация. Я просто расслабленно облокотилась плечом о дверной косяк, посмотрела на него абсолютно спокойно и понимающе улыбнулась кончиками губ.
— Блинб, вернулась, потому что забыла спросить, нужно ли тебе купить чего-нибудь... — я сделала небольшую паузу, открыто разглядывая его напряженное тело. — Слушай, Макс, похоже, я тебе вообще личного пространства в этой квартире не оставляю, да? Заставила-таки своим видом вспомнить, что девчонки в природе существуют.
Макс еще соображал, что делать, только рукой прикрывая член, а я продолжила.
— Ты тогда заканчивай, а я в магазин как и хотела, тебе пол часа хватит?
— Да. Уже более собрано ответил Макс.
— Ладно все не стесняйся, я тоже иногда мастурбирую, тут нет ничего такого.
Я вышла и направилась в магазин в приподнятом настроении.
Когда вернулась Макс был на кухне.Я не пыталась завязать диалог, давая ему время.
На кухне Макс обнаружился у столешницы — он с максимальной сосредоточенностью сооружал монументальную гору из бутербродов с ветчиной и сыром. Похоже, мощный выброс тестостерона и быстрая физическая нагрузка потребовали экстренной компенсации углеводами. Он глянул на меня абсолютно спокойно, без дурацкого подросткового румянца или попыток судорожно прикрыться, хотя в глазах еще чернели остатки недавнего транса.
— Немного проголодался, — коротко прокомментировал он, кивая на гору на тарелке. — Будешь?
— Тут кажется даже для двоих много, улыбнулась я.
— Не первый раз такую гору делаю, но потом не замечаю как она заканчивается.
— Что это на тебя так влияет интересно?
— Хаха, ты знаешь! Многозначительно отрезал Макс.
Мы вернулись в гостиную. Макс со своей добычей устроился на диване, а я уселась рядом, забралась на подушки с ногами и уже без предисловий и жалоб на жару просто потянула за край и стянула майку через голову, бросив её в сторону. Хватит играть в прятки, правила приличия в этой квартире только что окончательно эволюционировали в сторону полной честности.
Я пододвинулась к нему ближе, взяла один бутер почти касаясь своим голым плечом его руки, и лениво облокотилась на подлокотник.
— Слушай, Макс, я тут подумала, — начала я абсолютно будничным, расслабленным тоном, разглядывая, как он расправляется с бутером. — Тебе же, наверное, сейчас дико непривычно. Раньше жил один, полный хозяин пространства. Мог спокойно развалиться на этом самом диване перед большим телевизором и подрочить в свое удовольствие, ни на кого не оглядываясь. А теперь я тут постоянно мелькаю, ломаю тебе всю автономию и привычные ритуалы.
Макс замер с куском в руке, медленно повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд открыто, без ложной скромности опустился на мою голую грудь, скользнул по изгибу талии и вернулся к моим глазам. В его лице не было ни капли стыда только чистый, трезвый мужской интерес, который привык иметь дело с реальными фактами, а не с иллюзиями.
Он аккуратно положил остаток бутерброда на тарелку, вытер пальцы салфеткой и глубоко вздохнул, разворачивая корпус ко мне.
— Ну, скрывать это после сегодняшнего перформанса уже глупо. Его голос звучал низко, с той самой уверенной, плотной хрипотцой. И с телевизором ты угадала.
— Ну вот, тебе же наверное каждый вечер надо разряжаться. Так что не стесняйся если что, я же не маленькая девочка, а мы с тобой брат и сестра, так что я могу выйти или посидеть в телефоне не обращая внимания на тебя. Я же вижу что я тебя сексуально не возбуждаю.
Cтатус факинг кво