Есть такой эффект Вестермарка, когда брат и сестра не воспринимают друг друга как сексуальные объекты не смотря ни на какие действия. Так что делай что тебе нужно и не стесняйся, для меня это безразлично.
— Хорошо сис, спасибо наверное. Мне как-то неловко тебя просить.
— Ну тогда давай так, приходи в 10 вечером, а я пойду чай попью. Просить не надо, просто приходи.
Его шорты всё еще сидели довольно плотно, и, несмотря на недавнюю разрядку, от нашей внезапной близости и этого предельно откровенного разговора его анатомия снова начала заявлять о себе, отчетливо натягивая хлопковую ткань.
Но я совершенно игнорировала все это.
***
Часть 5 - Все в порядке, эффект Вестермарка защитит нас.
Сказано — сделано. В десять вечера я по прежнему голая до пояса, собрала свои шмотки, подмигнула Максу и ушла на кухню. Поставила чайник, налила себе большую кружку травяного чая и уселась за стол. Наушники надевать не стала — чистое любопытство и лёгкий азарт всё ещё щекотали нервы.
Большой телевизор зазвучал знакомыми звуками, поэтому стало ясно, что дело пошло. Прислушавшись повнимательнее, я смогла различить и его почти чмокающие движения. Я сидела, пила чай, и внутри снова поднималась та самая глухая, теплая пульсация. Я честно не собиралась его беспокоить, но посреди процесса мне приспичило в туалет.
Пришлось идти. Коридор у нас узкий, мимо гостиной не промахнешься. Я шла абсолютно спокойно, мягко ступая босыми ногами. Дверь в гостиную была открыта. Проходя мимо, я краем глаза увидела Макса: он сидел, откинув голову на спинку дивана, глаза закрыты, а рука работала в по стволу члена, мокрая головка блестела. Он не повернулся на мои шаги, не то не услышав, ни то делая вид что сконцентирован. Я зашла в туалет, сделала свои дела и так же спокойно вернулась на кухню. Полное отсутствие стыда сделало эту ситуацию до странного комфортной для нас обоих.
На следующее утро я проснулась довольно рано. Мне нужно было спросить у Макса, где лежит квитанция за интернет, которую он обещал показать. Я подошла к его комнате, толкнула дверь, она была не заперта.
Макс спал на спине, раскинув руки в стороны. Из-за непрекращающейся духоты в квартире он скинул одеяло на пол и спал абсолютно голым. Его крепкое, рельефное тело механика мерно поднималось и опускалось в такте дыхания. Но самое примечательное было в другом: плотный, каменный утренний стояк зиял во всей красе, направленный вверх, пульсируя в ритме его сонного пульса. Зрелище было максимально внушительным и естественным.
Я подошла к кровати, вообще не обращая внимания на его наготу и это явное анатомическое проявление мужской природы. Для меня это было просто продолжением нашего разговора о сауне и домашнем отсутствии необходимости скрывать что-то, так как мы все уже видели, а брат и сестра просто не могут возбуждать друг друга, так гласит эффект Вестермарка.
— Макс, подъем. Я слегка потрясла его за плечо. — Просыпайся, соня.
Он заворочался, тяжело открыл глаза и пару секунд тупо моргал, пытаясь сообразить, где находится.
— А? Что? Пробормотал он хриплым спросонья голосом.
— Где квитанция за инет? Мне оплатить надо, пока из головы не вылетело. Спокойно спросила я, присаживаясь на край его матраса.
Макс потянулся, его мышцы напряглись, а утренний стояк от этого движения стал, кажется, еще тверже и монументальнее. Парень окончательно проснулся, глянул вниз, потом на меня. Поняв, что я не собираюсь визжать или закрывать глаза руками, он продолжил.
— На тумбочке в прихожей, под ключами лежит.
Я перевела взгляд чуть ниже, открыто и с легкой иронией посмотрела на его бунтующую анатомию, а потом снова подняла глаза к его лицу.
Лето 2001