в объектив. Они послушно замерли, но перед самым щелчком Настя повернулась к нему и тихо сказала:
— Люблю тебя.
Антон улыбнулся ей в ответ.
Я нажал на спуск.
На экране получился хороший снимок. Белое платье, тёмный костюм, мягкий вечерний свет и два человека, которые, казалось, действительно были рады тому, что теперь принадлежат одной семье.
Я сделал последний кадр, опустил камеру и проверил снимок на экране. Получилось неплохо: Настя прижималась к Антону, придерживая букет обеими руками, а он смотрел на неё с той самой натянутой торжественностью, которую мужчины обычно изображают перед объективом, когда уже устали улыбаться, но понимают, что фотограф ещё не закончил.
— Всё, — объявил я. — На этом закончили. Поздравляю ещё раз. Фотографии будут готовы в течение недели.
Настя облегчённо выдохнула и поправила фату. Антон тут же полез за телефоном, проверяя время. Ещё полчаса назад они просили меня задержаться, чтобы успеть снять побольше кадров, а теперь обоим не терпелось уйти. Впрочем, я не обижался. Они выбрали самый бюджетный пакет, выпросили дополнительную скидку и ещё по дороге сюда уточнили, нельзя ли получить все исходники бесплатно. Кажется, у этих двоих любое событие в жизни сопровождалось калькулятором.
Я убрал камеру в сумку, но уходить не спешил.
— Слушайте, у меня к вам необычное предложение.
Антон поднял глаза от телефона.
— Какое?
Я посмотрел на него, потом на Настю. Она всё ещё возилась с букетом, стараясь расправить помятые ленты.
— Я хочу купить у тебя невесту.
Антон замер. Настя перестала поправлять букет.
Несколько секунд они смотрели на меня так, словно я внезапно заговорил на китайском. Потом Антон коротко хохотнул. Смех вышел неуверенным, почти вопросительным: он явно надеялся, что сейчас я усмехнусь в ответ и объясню, что это была дурацкая шутка.
Я не улыбнулся.
Антон ещё секунду ждал, потом его улыбка медленно сползла с лица. Он оглянулся на Настю, словно хотел убедиться, что она тоже считает происходящее идиотским розыгрышем. Но она не улыбалась. Смотрела на меня широко раскрытыми глазами, прижимая букет к платью, и в её взгляде постепенно проступало оскорблённое недоумение. Я только что закончил снимать их свадьбу, поздравил с регистрацией брака, а теперь предлагал одному из них продать другому человеку то, что, по идее, не продаётся.
— На один вечер, — уточнил я. — Здесь и сейчас. Без долгих ухаживаний, ресторанов и прочей романтики. Мне нужна твоя жена. А ты получишь деньги.
Настя вспыхнула. Румянец с щёк быстро перебрался на шею, и она прижала букет к груди, словно тот мог защитить её от моего предложения.
— Вы… вы вообще нормальный? — выдавила она.
— Вполне. Но если предложение неинтересно, можете просто отказаться.
Я расстегнул сумку, достал пачку наличных и положил её на край стола. Не бросил, не стал демонстративно пересчитывать купюры. Просто положил, как кладут деньги за покупку, которую давно решили совершить.
— Две тысячи. Наличными. Тебе.
Я не убирал руку со стола, и Антон почему-то смотрел именно на неё, а не на деньги. Будто дело было не в сумме, а в том, что я позволил себе положить её между ним и собственной женой. Он медленно выпрямился, расправил плечи и даже перестал сутулиться. На несколько секунд передо мной снова оказался жених, который собирался защищать свою честь, а не человек, прикидывающий стоимость моего предложения.
— Ты вообще понимаешь, что говоришь? — спросил он.
— Абсолютно.
— Это моя жена.
— Поэтому я и предлагаю деньги тебе, а не ей.
Антон посмотрел на пачку, затем на меня. Его лицо постепенно теряло остатки весёлого недоумения.
— Ты совсем охренел? — спросил он уже без смеха. — Мы, блядь, час назад расписались!
Потайные приключения