— Да. Его зовут Артем. Я ему сказал, кто ты. И пригласил сюда.
Маша опустила взгляд. Щёки потемнели. Она не отодвинулась. Я положил руку ей на бедро — кожа горячая, чуть влажная после душа и от пара. Большой палец медленно провёл по внутреннему шву купальника. Она чуть сдвинула ногу, но не убрала мою руку.
— Он сказал, что хотел бы тебя трахнуть, — продолжил я тихо. — «Суку с такой жопой». А я ему ответил, что ты плотная тварь. Что сиськи как дойки. Что сама просишь.
Она сглотнула. Я чувствовал, как под моей ладонью напряглась мышца бедра. Не оттолкнула. Только дышала чаще.
— И тебе... было приятно это ему говорить? — спросила она, не поднимая глаз.
— Да. Очень.
Она помолчала. Потом села ещё ближе. Плечо коснулось моего. Между ног у неё уже было скользко — я чувствовал это даже сквозь ткань, когда провёл пальцами чуть выше, к краю купальника. Зона спа пустая. За стеной тишина. Свет приглушён. Пар медленно оседал. Я чувствовал, как у меня снова крепко стоит, и как она не отстраняется.
Я сдвинул руку выше по бедру. Ладонь легла на внутреннюю сторону, пальцы коснулись края купальника. Ткань между ног уже была тёплой и чуть влажной — не только от пара. Я провёл по ней медленно, сверху вниз, чувствуя, как под ней горячо и как ткань слегка прилипает. Маша выдохнула тихо, но ноги не свела. Только чуть раздвинула их шире.
Я не полез сразу внутрь. Сначала взялся за верх купальника и приспустил его. Ткань сползла, грудь вывалилась — тяжёлая, мягкая, с тёмными широкими ареолами. Соски сразу стали твёрдыми от более прохладного воздуха. Я наклонился, взял правый в рот, пососал, провёл языком по ареоле, слегка прикусил и отпустил. Она откинула голову назад, смотрела в потолок. Дышала чаще. Левая грудь чуть покачивалась от дыхания.
Только после этого я вернул руку вниз. Запустил пальцы под низ купальника, отодвинул влажную ткань в сторону и коснулся её напрямую. Она была уже сильно мокрая. Пальцы сразу скользнули между губ, раздвинули их. Я нашёл клитор, провёл по нему медленно, круговыми движениями. Она дёрнулась, тихо застонала и положила ладонь мне на запястье — не чтобы убрать, а просто держала.
— Что бы ты хотела, чтобы он с тобой сделал? — спросил я, не останавливая руку.
Она молчала несколько секунд. Дышала ртом. Потом заговорила тихо и ниже, чем обычно:
— Сначала... чтобы я ему отсосала. Долго. А потом... чтобы он меня трахал. Жёстко.
Я протолкнул два пальца внутрь. Она была горячая и узкая, стенки сразу сжались вокруг. Я двигал медленно, большим пальцем продолжая тереть клитор.
— Я сегодня полчаса на дорожке бежала, — продолжила она, глядя в потолок. — Ноги ватные. Хочу, чтобы меня просто использовали. Чтобы я ничего не решала. Чтобы он держал меня за волосы и трахал в рот, как хочет.
Дверь открылась.
Артём вошёл. В одних плавках. Пар ещё висел тонкой дымкой, и сначала он увидел только силуэт: мою руку между её раздвинутых ног, обнажённую грудь, как она сидит, откинув голову. Он остановился у двери.
Маша рефлекторно дёрнула верх купальника, прикрывая грудь. Но низ она не успела поправить. Ткань осталась сдвинутой в сторону. Он уже увидел тёмный треугольник волос на лобке и то, как блестят мои пальцы, когда я медленно вытащил их из неё. Между пальцами тянулась тонкая нитка её влаги.
Артём стоял неподвижно. Широкий, плечи почти закрывали дверной проём. Плавки топорщились — член лежал тяжёлым толстым валом вдоль бедра, ткань
Пансионат